Исабель

Жванецкий: О бесконечной еврейской борьбе. Колко об Израиле и Иисусе

Его называли «королем смеха» и «грустным мудрецом». Михаил Жванецкий оставил после себя нестираемый след — свои труды и афоризмы. Он описывал детали жизни абсолютно откровенно, правдиво, не стесняясь. Кого-то это обижало, кого-то заставляло смеяться до слез. Но, без всякий сомнений, никто не остался равнодушным. А значит — пора вновь перечитать непревзойденного мастера сатиры! В этой статье мы вспомним, как колко и емко Михаил…
… показать весь текст …

Определиться? Я давно определен:
Я дома. Я в России. В Ленинграде.
Мне про обстрелы пишут с двух сторон.
Прошу — Не лезьте в душу, Бога ради!
Волдырь от междометия «Алё» саднит на языке…
Там кореша — советские когда-то офицеры.
И рвётся в лоскуты моя душа
И в горле ком и колокол в ушах
И узелки завязывают нервы.
Моя родня изнежена, лежит в изнеженной Ярилом Украине.
Я много лет под Гниванью прожил,
Мой мир стоит над пропастью во ржи
С грибами белыми и с вишнями в корзине.
Мой разум утомлён, но он не стар,
… показать весь текст …

Чудная Родина моя.

Чудная Родина моя,
Несуществующая ныне.
Греховных мыслей колыбель
И света ангельский приют.
Души хозяйские края
Поля — бескрайние пустыни.
Там всем давалось по судьбе
И богачам и голытьбе
В которой мир был май и труд

Святая Родина моя,
Твердыня разума и веры,
… показать весь текст …

Не смей!

Вновь карта бита, что ни говори…
Смолкает улиц суетливый гул.
Устало зажигает фонари
Ветрами продуваемый Стамбул.

Зари вечерней аутодафе
Не внемлет человеческой мольбе.
И лишь огни портового кафе
Зовут продрогших путников к себе.

Скрипач, достав из банки канифоль,
Подправил конский волос на смычке.
… показать весь текст …

Русское духовенство и глобализация

Есть в жизни православных христиан, мой возлюбленный читатель, факты неоспоримые, хотя еще и не состоявшиеся. Приход Антихриста для нас столь же очевиден, как истощение в скором будущем нефтесырьевых запасов и переход человечества на альтернативные источники энергии. К слову сказать, и то и другое неразрывно связано одно с другим, как, впрочем, все в этой жизни. Взять хотя бы братьев наших меньших — американцев. Саддам Хусейн взбрыкнул, и нефть за «евро» надум…
… показать весь текст …

Ой, боюсь!

Америка не устаёт рожать
Тех, кто России любит угрожать.
Мол, мы уроем вас! Мы знаем путь!
Мол, мы сейчас,. вот-вот,. ещё чуть-чуть!..

Штампуют баксы, словно конфетти!
Откопан томагавк! С ума сойти!
От наглости своей вошли во вкус!
Ой, как нам страшно! Ой, боюсь-боюсь!

Америка в себя вживила Грех,
Из-за забора тявкая на всех.
… показать весь текст …

Тигрица

Амур, зима, погранзастава.
Россия — слева, China — справа.
Метели непрестанный вой…
И одинокий часовой.

Наш остров посредине речки.
Солдаты греются у печки.
Никто не хочет нападать.
Короче — тишь и благодать.

«Покой и воля», право слово!
Но вдруг звонок от часового:
… показать весь текст …

В эпоху, когда складывались мифы, люди умели думать нисколько не хуже, чем теперь. Просто они думали и выражали свои познания на другом языке — на языке мифа. Вот один пример. Много столетий живёт на севере Европы, в тундрах Кольского полуострова, такой народ — саамы.

«Земля — живое существо, — говорили саамы. — Деревья и травы — её волосы. Зелёный дёрн, тундровые мхи — её кожа. Нельзя делать больно Земле, нельзя её ранить…» «Дикое суеверие», — отмахнулись наши современники, учившие высшую мате…
… показать весь текст …

Подле меня стояла собака. Старая-престарая пятнистая сука с поседелой спиной и висячими тряпочными ушами. Наши лайки да волкодавы рождались пушистыми по-лесному, мороз их не морозил, дождь не мочил. У этой нежная шерсть стекала длинными прядями, лёгкими и волнистыми по концам. Карие глаза смотрели с кротким лукавством ветхого существа, которое почти отжило век, но всё ещё очень не прочь и полакомиться, и поиграть. Только не думай, я не выпрашиваю, внятно молвили эти глаза. Но если меня вдруг при…
… показать весь текст …

Самое светлое место

Таёжная даль. Край глухого села.
Вокруг лишь леса да болота.
Отсюда, уж если судьба привела,
Не выбраться без вертолёта.
Суровую память хранит о былом
С дощатою крышей избушка.
Внутри, под иконой, за скромным столом —
Почтенный старик и старушка.

На бабушке старый цветастый платок.
Старик в душегрейке овчинной.
Пред ними в горшочке алеет цветок
… показать весь текст …