А знаешь вообще, как люди становятся родными и близкими?
А никак.
Они ни становятся ближе и роднее от проведенного времени в общении.
Они уже рождаются такими.
Нам остаётся просто повстречаться с ними.

И всё-тaки сaмый глaвный признaк любви-жeлaниe oбнять.
дaжe нe пoцeлoвaть, a имeннo oбнять. пeрвыe oбъятия-этo кaк встрeчa пoслe дoлгoй дoрoги, ты рaскрывaeшь их чeлoвeку, чтoбы принять eгo всeгo, тaкoгo, кaкoй oн eсть, сo всeми нeдoстaткaми и дoстoинствaми. прижaться тaк близкo, чтoбы пoчувствoвaть кaк бьeтся eгo живoe, трeпeтнoe сeрдцe, успoкoить и успoкoиться-«ну, нaкoнeц- тo я тeбя нaшлa, тeпeрь ты мoй, я тeбя никoму нe oтдaм и всeгдa буду рядoм.»
ты oбнимaeшь дoрoгoгo тeбe чeлoвeкa и вaши души пo-oсoбoму пeрeплeтaются, вы стaнoвитeсь eдиным цeлым нa кaкoм-тo высoкoм, духoвнoм урoвнe.

и нeт в этoм никaкoй пoшлoсти, прoстo чувствуeшь тeплoгo, рoднoгo чeлoвeкa, кoтoрoгo искaл всю жизнь и думaeшь: «кaк жe мнe с тoбoй хoрoшo».

Как будто кто сто раз на дню
Талдычит мне: «Цени всё это»,
И вот с рассвета до рассвета
Ценю, ценю, ценю, ценю.

Луна к стеклу прильнула белой птицей,
качнулась ветка, сердце холодя,
по клавишам остывшей черепицы
скользнули пальцы летнего дождя.

Лишь миг один — и сосны отзовутся
натянутыми струнами стволов…
В такую ночь приходят, чтоб вернуться,
и все понять, и все простить без слов.

равнодушие — чувство мёртвых.
смерть умеет делить на ноль.
если мы до сих пор не стёрты,
значит мы ощущаем боль.

боль живёт в неостывших душах,
боль стучится в виске творца.
если мы не отвыкли слушать,
мы услышим свои сердца.

безразличие на престоле
льёт по венам густой свинец.
если больше не стало боли,
значит нам наступил

Варить глинтвейн и, согреваясь, пить
Задумчиво, неспешными глотками,
Читать запоем книги Мураками…
Не чувствовать… Не злиться… Не любить…

Не думать… Не жалеть… Не возвращать…
Не вешать ярлыки, не комкать пальцы…
И, главное, не выть и не сломаться,
Чтоб снова верить, верить и прощать…

Знаю точно: я не кошка… Никогда и не стремилась…
Март мурлычет под окошком… А вчера мне море снилось…
И ещё… такой вальяжный Кот… Не мартовский, не смейтесь…
И не кот он был… (не важно)… Просто с ним мы были вместе…
Просто нас связала тайна и его… немногословность…
Просто было всё случайно… Ну, а я — святая скромность…
Я б сейчас могла придумать вам такооооое… (замечталась)…
На ночной дорожке лунной Море с Чайкой целовалось…
Вот сижу теперь, вздыхаю… с тёплой Нежностью в ладошках…
В общем, сказку сочиняю о прекрасных милых кошках…
Поздравляю всех котяток, и котов, и кошек тоже…
Эх, со мной давно понятно — я на кошку не похожа…
А приличные девицы все в душе почти что кошки…
Только я — скорей… лисица 
… показать весь текст …

Заходи, посидим… Заварю тебе чая с жасмином…
Или выпьем вина. Я продрогла — осенняя хмарь…
Нет свечей. Пустяки. И огонь не пылает каминный.
Только слабо мигнёт за окошком знакомый фонарь…
Я привыкла почти. Я легко привыкаю к молчанью.
«Пусть весь мир подождёт» до ноябрьских случайных снегов.
Ни к чему рифмовать: «Я опять безнадёжно скучаю»…
Заходи, помолчим… Ты всегда — слишком «прошеный» гость.
Так о чём я?.. Ах, да… Можешь в кресло забраться с ногами,
Согревая бокал и укутавшись в старенький плед.
Будем осень винить. И, дождливые слушая гаммы,
Я поймаю твой взгляд и… опять попаду в тёплый плен…
Заходи, посидим. Только ты. Только я. Только вечер.
Протяни мне ладонь. Я тебе нагадаю весну,
… показать весь текст …

Не старайся, февраль, не рисуй на окошках узоры,
Непутёвых ветров ты уйми оголтелую прыть.
Не нужны нам с тобой недомолвки, упрёки и ссоры.
Потянулись бы к солнцу скорей первоцветы и сныть.

За три дня до весны, я спешу попрощаться с тобою,
Потемневший февраль, усечённый последыш зимы.
Бесполезно не злись, вот и небо совсем голубое,
И улыбки, и смех, и веснушки девчонок видны…

Говорят, что умирая люди видят свет.
Но вам не обязательно умирать.
Свет всегда рядом.
Он здесь.