Как не думать о тебе?
Думать о тебе больше не могу.
Что мне делать без тебя?
Без тебя тоска совсем.
День нежданной теплотой
Вешнею водой
Смоет радугу,
И заполнить пустоту
Я больше не могу никем…

Как не плакать о тебе,
Нет благодарных слёз.
Но они опять текут,
Хоть я их не стыжусь.
… показать весь текст …

Вот и осень прошла — золотая недолгая грусть,
Есть еще пара дней календарной осенней страницы,
Но уже улетели вчера перелетные птицы,
И последнюю песню я помню почти наизусть…

А багрянец листвы что-то шепчет, срываясь с ветвей,
Золотистым ковром устилают дорожки берёзы,
Долгий дождик осенний льёт первые тихие слёзы,
И в далёком июне остался певец-соловей…

Клин недавних друзей отправляется в тихую даль,
Перелётные птицы — они то сюда, то отсюда,
Я сегодня по плану немного печалиться буду,
Ведь на что-то дана человеку такая печаль…

Сидеть обнявшись, пить текилу
И говорить, и говорить.
И вспоминать о том, что было
Забыв к чертям о пандемии
Прощая бывшие обиды
Друг друга чувствуя… любить.

Как резко день пошел на убыль!
Под осень каждый луч милей…
Грустят серебряные трубы
Прощающихся журавлей.

Как резко жизнь пошла на убыль!
Под осень дорог каждый час…
Я так твои целую губы —
Как будто бы в последний раз…

У таланта, кроме краткости, может оказаться ещё куча других родственников.

«А, взойдя на вершину, не стой.
…Продолжай идти».
Всё великое гибнет в рамках конечных целей.
Чем ты раньше усвоишь,
что жизненный смысл — в Пути,
тем скорее коснешься тверди иных ступеней.
…
Где ветра задают картинам такой масштаб!
Где война / априори / - не больше, чем фон для Света.
Там по-прежнему в фокусе —
…только твоя душа
/ с небольшой оговоркой, что фокус — ещё не центр /
…
В центре Бог изначально — что ныне прирос тобой,
… показать весь текст …

Весна для памяти — цветущая ограда, Весна для памяти — чистейший нервотрёп, Когда, я должен знать, но не имею никакого права, Когда я должен знать, что у тебя всё хорошо. Я должен знать, что там тебе беспечно, И не глотается солёными навзрыд, И от его слепущей нежности нечеловечной, Спасает шею тот же воротник. Что ты по-прежнему сладка и бешенно восточна, Что не ломается ни жизнь, ни цвет ногтей, Что молчалива, боже, упаси, не многоточна Твоя небесно высоченная постель. Мне нужно знать, что там тебе уютно, Хватает солнца и прохладных влаг, Что за день не подкрашиваешь губы, А вечер их стирает в попыхах. Мне слишком важно знать, что ты ещё хранима, Немного, чуточку и может для меня, Наивно, боже мой, как всё это наивно, Но я хочу, чтоб ты сейчас была одна. Хотя бы в этой двоеухой, вздорной, Пускай это чудовищно нелепейше звучит, Но сочиняя как ты неприступно и преступно одинока, Ещё одну весну мне легче будет пережить.

Предзимний лес…
В нём голые кусты
таращатся уродливой толпою —
как призраки с больных полотен Гойи,
где овцы
и заблудшие отцы,
в кровавом предвкушеньи новых жертв
заманивают фей в болотный сумрак,
чтоб новой венценосною колдуньей
пополнить сонм марий-антуанетт.

Пусть подождут…
Она сойдёт с небес
туманами и дрожью звездопадов,
… показать весь текст …

И не знаешь,
когда в ней заплачет душа —
заскулит… заблажит / ближе к вечеру точно /
Если сердце саднит — не спеши утешать
эту Осень, взгрустнувшую…
Пусть мироточит…
В родниковую стылость роняет слезу
и глядится в озёра Пречистою Девой.
Скоро птицы на крыльях туман принесут
и скитальцам земным бросят под ноги Небо.

Невесомой периной взобьют облака,
чтоб при жизни земля стала грешникам пухом.
В предрассветное марево канет река,
… показать весь текст …

Как робко ты берёшь меня в ночи!
Как бережно…
Как бешено… как остро!
В прихожей наши сброшенные кроссы
запутались шнурками без причин.
И каждая деталь, и каждый штрих
сродни живому фетишу отныне —
твои часы, рубашки, голос, имя
и выкуренный «Chester» на двоих.

Незримый ток пронизывает сны —
настолько первобытный и могучий,
что мы руками жжём дверные ручки —
я с этой, ты с обратной стороны…
… показать весь текст …