Наталья Первова

Я существую в периоды между строк. Как мне тебе рассказать и как объяснить: солнце все так же виском задевает восток, только ускорилось время и спутались дни, только теперь перманентно летят к чертям даты, события, жизнь, прошлогодний снег. Я замолкаю, дыхание переводя, я так учусь быть сильнее. Сильней вдвойне, чем притяжение к центру больной земли /где расстаются ни радостны, ни пусты/, чтоб мы с тобой дышать об одном могли.
Я не могу уйти, как земля — остыть.
Я не могу остаться — как снег вес…
… показать весь текст …

Мы с тобой на расстоянии выстрела.
Что же, здравствуй, амиго. Давай без слов.
Перед смертью мысль становится чистою,
Как начальная точка первооснов.
Отмеряй пошагово и двенадцатью
Отсекай себя. Только где-то внутри
Мне так пусто /нечем даже похвастаться/
Между нами — двенадцать — земля горит.

Мне бы смело смотреть вот в эти синие,
Но, нацелившись, вдруг онемеет рука…
Отпусти. Уходи. Не извини меня.
Твое имя пронзительней взвода курка.
… показать весь текст …

Вольноотпущенник, беги!
Сегодня я добра —
Твоих небесных берегинь
Не обману с утра.

Пройдя дорогою Ледо,
Где тишь да полумрак,
Я просто выйду в коридор,
Побыть с тобой, хоть так!

Все тайны, нужные и нет —
Теперь они твои.
Мой взрослый бред, мой детский свет
Разделим на двоих.
… показать весь текст …

Весь этот горький катаклизм разъединенья инь и ян,
Похожий на раскол Земли по трещине меридиана.
Планета склеится легко. Но как упрямо ты и я,
Соскальзываем в пустоту… Мы несоеденимы. Странно.

Я только точка в твоём ян. Ты только точка в моём инь,
Мы тольку толику души навек оставили друг другу.
Как быстро вертится Земля. Земля, остановись, застынь!
Мы постоим на полюсах и не спеша пойдем по кругу.

По часовой, по часовой, мы приближаемся уже…
По часовой, по часовой, идём по кругу непрестанно…
Ты только тающий снежок в моей заиненной душе,
Я только черный уголёк на белоснежном поле яна…

Как в нас всё-таки много войны —
в наших генах, в крови и манерах.
Я хожу от стены до стены.
Тишина мне играет на нервах.
Я сама себе рота и взвод
с плащ-палаткой в малюсеньком клатче.
Я спрошу тебя: «Стой, кто идёт?»
Ты ответишь: «Свои».
Я заплачу.

Раз ты здесь, не молчи, не молчи.
А сигналь и трезвонь, и бибикай!
Пусть ладонь твоя вспомнит ключи
с инвентарной тяжёлою биркой
… показать весь текст …

Она по утрам глотает зеленый чай.
В обед — цЕдит горький кофе с лимонной долькой.
А вечером — слышит в трубке: «я еду, Зай».
И длится весь этот бред…
ей не вспомнить, сколько.

Она много лет не верит, что он уйдёт
От той, у которой дочь на него похожа.
Но, всё же, приходит вечер, и сердце лжёт
О том, что прожить и дня без звонка не может…

Она не устала — ей просто хотелось жить:
любить…
обнимать…
… показать весь текст …

Послушай, ты помнишь, как всё началось?
Одни разговоры, и тяга, и злость.
Решение вместе не быть никогда,
бегущая с неба по крышам вода.

Мы знали, конечно: встречаться нельзя,
нельзя посмотреть нам друг другу в глаза,
сцепиться руками, гулять под дождём…
Мы знали — тогда ни за грош пропадём.

Сказав: «Никогда!», испугались настолько,
что вечером тем же сидели за столиком.
«Пьёшь кофе со сливками? С сахаром? Без?»
И музыка нам подыграла с небес…
… показать весь текст …

Мы взглядом встретились лишь раз,
Но сколько случай этот значил
Для чутко слушающих нас… -
Звучала музыка иначе,
Иные стали сниться сны,
Когда привидеться случались,
И, тайных замыслов полны,
Мы часто в них с тобой встречались.

Не жизнь. Не год. Всего лишь взгляд
На пешеходном переходе…
Он не был выбран наугад —
Душа ждала чего-то, вроде.
Качнулся маятник часов,
… показать весь текст …

Ветер северный звёзды нездешние,
Осторожно задует, как свечи.
Я смогу, промолчу и по-прежнему
На упрёки твои не отвечу.

Море давней печали расплещется,
Растревожится и почернеет,
Но в лицо я твоё побледневшее
Даже мельком взглянуть не посмею.

Не поймёшь сразу: море ли, небо ли Чайка крыльями острыми режет,
А на том берегу, где мы не были,
Расцветёт белоснежный подснежник,
… показать весь текст …

Разве же это март — ледяной и снежный?
Разве же это стих? Так — слова, слова.
Дай я тебя потрогаю там, где нежно,
Я — осторожно, касаясь едва-едва…

Дай я подую, не бойся, не будет больно,
Дай поколдую — всё навсегда заживёт,
Новой покроется кожей — другой любовью,
Ты и не вспомнишь тихое имя моё…

Счастлив, спокоен и безмятежен, да ведь?
Видишь, твоя печаль сожжена до тла…
Разве же ты сумел бы меня оставить?
Значит, я умница, если сама смогла…