Nonstop

Многие любили его как тонкого, умного и самобытного человека, и потом, когда вдруг обнаруживали в нем волка, ужасались и разочаровывались. А не обнаружить они не могли, ибо он, как всякий, хотел, чтобы его любили всего целиком, и потому не мог скрыть волка именно от тех, чьей любовью он дорожил. Но были и такие, которые любили в нем именно волка, именно свободу, дикость, опасную неукротимость, и их он опять-таки страшно разочаровывал и огорчал, когда вдруг оказывалось, что дикий, злой волк еще и человек, который тоскует по доброте и нежности, еще и хочет слушать Моцарта, читать стихи и иметь человеческие идеалы…

Месяц, как ломтик сыра,
Спит на ладонях крыш,
Небо давно остыло…
Чувствую — Ты грустишь.

Там, у полярных елей,
Бродит в ночи гроза.
В порванном ожерелье
Вижу во сне Тебя…

Месяц всё выше, выше,
Тихо, светло… Смотри —
Я нанизал все звёзды
На полосу зари.
… показать весь текст …

Все краски размылись. Осталась лишь бирюза.
И если позволите чувства свои описать —
Я стал бы снежинкой, не тающей в волосах,
Оставив где-то в небе иные помыслы.

Пусть сходятся и расходятся полюса,
Пусть горизонты осваивает гроза.
У меня будет в жизни зеленая полоса
Наперекор всем белым и черным полосам.

Марине Цветаевой и её дочери — Ариадне Эфрон посвящается.

«Поэт издалека заводит речь…» © …

Тот имярек, что реки нарекал —
…от Камы до Оби и Енисея,
глядел с небес на землю и вздыхал: «Ох, матушка… Россиюшка… Россея…»
И эхом оседал тяжёлый вздох в таёжной глухомани Туруханска —
письмишком арестантки… парой строк,
…написанных с оглядкой… и опаской:
«Привет, привет… здесь глушь… и гнус… и гнусь…
и Бога нет на сотни вёрст — не меньше.
…Но я увязла в сонме сильных женщин.
Ломать не стоит. Тщетно. Н…
… показать весь текст …

Благодать — это боль, что всегда убивает невинных:
Божий сын на кресте, и во тьме весь апостольский мир.
Мне хотелось бы знать этот список немыслимо длинный,
Этот вечный словарь… /тот, что Авелем Каин открыл/.
Но незрима печать на запястьях томящихся жаждой
Бросить камень в любого, кто лучше окажется вдруг.
Человеческий мир — старый голем, что с сердцем бумажным,
Уверят, что любит… /как глух его голоса звук/.

Распечатать уста и достать кем-то вложенный свиток,
/и рассыплется голем, и список уронит в траву/.
Только глина прочна и невидимы тысячи ниток,
Те, что тянут ту глину, почти неизменно, к ножу.
Словно мир разделён на две расы, две крови, два слога —
… показать весь текст …

уже разорваны все контакты, но тем сильнее искрит обрыв
любовь легко распознать постфактум
сложнее cпрятать, игрой прикрыв
боль — это чувств еще тот критерий
когда теряется смысл искать
замены тем, кто своей потерей
любовь не видит, не бьет с носка
слезам не верит, а только руки
от них брезгливо спешит умыть
тогда уместны все эти трюки
что не любили — играли мы, но профиль чувства еще краснеет
когда бессильно бледнеет фас
честнее — это всегда больнее
блеф выручает, пусть через раз
… показать весь текст …

А дальше — только фонари и снег,
Ночная стынь, проникшая под ворот.
Архипелагом спит озябший город,
Слова текут — истоки новых рек,
Толкая угадать иную суть
Активного начала и сближенья,
Свершить безумство, как богослуженье,
И вновь в твоих объятиях уснуть.
Январский воздух тих и невесом.
Осколки — к счастью. Ритуально «ом…»
Ревут часы, и я располовинен
Любовью на небытие и быт.
Обрывки старых писем и обид
Вращает время в снеговой лавине.
… показать весь текст …

эх, где ж ты кареглазая такая
на жизненном пути моем взялась?
года мои — они и не пускают,
и тянут в омут этих черных глаз.
и хоть я вырос из Больших Каретных,
неважно сколько лет тому назад…
бывает и поумничать не вредно —
так детски смотрят карие глаза.
и кажется — любовью не пресыщен.
седеть еще ни разу не пора.
так видят душу черные глазища —
без слов все понимаешь, как сестра.
но хоть и старше я тебя конкретно,
нрав буйный…
… показать весь текст …

Невзначай задень его за живое — полетят каменья… стихи… окурки…
Но в контексте сказочных алегорий
…не жалей потом о сожжёной шкурке.
Он спалит в сердцах лягушачью кожу и лебяжий пух, и манто шиншиллы.
Это странный кайф — раздевать до дрожи — недоступных … сказочных… и любимых…
Скажет «раз» — и сброшено оперенье.
…Скажет «два» — и де’вица вмиг на воле.
Ровно шаг — от Лебедя до Царевны / от волшебных чар — до реальной боли /
…
Ну, а дальше больше — мочи зарр-разу (!) —
…вурдалаков, леших и прочих…
… показать весь текст …

Помнишь, Боже, когда ты был очень маленьким,
Тогда ведмеди зимою носили валенки.
Тогда наш огромный Мир был размером с вишенку,
В ней пчелы, посовещавшись, придумали мед.
Помнишь, Боже, тогда этот Мир был солнечным.
Тогда все фрукты, особенно яблоки, были сочными,
И если ты съешь одно — так навитаминишься
На сотни тыщ миллионов ночей вперед.

Помнишь, Боже, тогда я был тоже маленьким.
Мне мама зимой надевала ушанку и валенки.
И я представлял себя бурым смешным ведмедиком:
Требовал меда и…
… показать весь текст …