Герман Гессе

Сочинение плохих стихов делает человека намного счастливее, чем чтение самых распрекрасных стихотворений.

Ненавидя кого-то, ты ненавидишь в нём нечто такое, что есть в тебе самом. То, чего нет в нас самих, нас не волнует. (Герман Гессе)

В основном, свободу человек проявляет только в выборе зависимости.

Соперники часто нуждаются друг в друге больше, чем друзья… ведь без ветра мельница не работает.

Человек предпочитает пострадать и внешне покаяться, чем измениться в душе.

Есть много путей, на которых Бог способен сделать нас одинокими и привести к себе.

перевод (Д.Каравкиной и Вс. Розанова).

«Любой цветок неотвратимо вянет
В свой срок и новым место уступает:
Так и для каждой мудрости настанет
Час, отменяющий ее значенье.
И снова жизнь душе повелевает
Себя перебороть, переродиться,
Для неизвестного еще служенья
Привычные святыни покидая, —
И в каждом начинании таится
Отрада, благостная и живая.

Все круче поднимаются ступени,
… показать весь текст …

Знание можно передать, мудрость же — никогда. Её можно найти, ею можно жить, ее можно сделать своим парусом, ею можно творить чудеса, но облечь ее в слова, научить ей кого-либо невозможно.

Если тебе непременно нужно чье то разрешение на твое удовольствие, то ты действительно бедняга.

«В действительности же любое „я“, даже самое наивное, — это не единство, а многосложнейший мир, это маленькое звездное небо, хаос форм, ступеней и состояний, наследственности и возможностей»

Не существует реальности иной, чем та, которая в нас самих.

Вместо того чтобы сужать свой мир, упрощать свою душу, тебе придется мучительно расширять, все больше открывать ее миру, а там, глядишь, и принять в нее весь мир, чтобы когда-нибудь, может быть, достигнуть конца и покоя. Этим путем шел Будда, им шел каждый великий человек — кто сознательно, кто безотчетно, — кому на что удавалось осмелиться. Всякое рождение означает отделение от вселенной, означает ограничение, обособление от Бога, мучительное становление заново. Возвратиться к Вселенной, отказаться от мучительной обособленности, стать Богом — это значит так расширить свою душу, чтобы она снова могла объять Вселенную.

Любовь существует не для того, чтобы делать нас счастливыми.
Я думаю, она создана, чтобы показать нам, насколько мы сильны в страдании и терпении.

Вы не должны сравнивать себя с другими, и если природа создала вас летучей мышью, вы не должны пытаться стать птицей страусом… Смотрите на огонь, смотрите на облака, и когда у вас возникнут видения и в вашей душе заговорят голоса, положитесь на них и не спрашивайте, угодно ли, понравится ли это господину учителю, или господину папе, или какому-нибудь боженьке! Так губят себя. Так сливаются с толпой и становятся окаменелостью.

Просьба

Твоя рука в руке моей —
Нам слов не надобно ничуть.
Просил ли я когда-нибудь
Любви твоей?

Не нужно мне любви твоей,
Хочу лишь знать, что ты близка
И что лежит твоя рука
В руке моей.

Мало кто знает, что душа расцветает только тогда, когда обнажается и жертвует собой.

Я всецело погрузился в себя самого и свою судьбу, хотя порой не без ощущения, что речь
Идёт о человеческой участи вообще;
Всю войну, всю похоть человекоубийства
Все легкомыслие, всю грубую тягу к
Удовольствиям, всю трусость мира я сполна
Находил в себе самом.
Я потерял вначале уважение к себе, потом
Испытал даже презрение к себе, я не мог
Делать ничего иного, как только доводить до конца заглядывание в этот хаос.
С надеждой, то разгоравшейся, то гаснувшей,
Что снова обрету по ту сторону хаоса
Природу
Обрету невинность.

Мир, весь мир имеет ко мне отношение и вправе притязать на мою причастность к его жизни. Ведь мир с его жизнью был бесконечно больше и богаче, он был полон становления, полон истории, полон попыток и вечно новых начал, он был, может быть, хаотичен, но он был родиной всех судеб, всех взлётов, всех искусств, всякой человечности, он создал языки, народы, государства, культуры и увидит, как всё это умрёт, а сам будет существовать и тогда.

В тебе самом есть тишина, есть святилище, куда ты в любое время можешь удалиться, чтобы побыть самим собой.

Мы оба, милый друг, солнце и луна, море и суша. Цель не в том, чтобы слиться друг с другом, а чтобы познать друг друга и научиться видеть и уважать в другом то,
чем он является: противоположность и дополнение другого.