Кому-то жизнь без соц.сетей — тоска, на сердце пусто, нет накала. В интригах, розыгрышах сила велика и на кону — короны, рейтинги и баллы. Борьба за «Чёрный жемчуг» бьёт ключом. В погоне растеряли стыд и совесть. Затроллит, перетроллит ПРОФИ-тролль и пригласит толпу, чтоб в грязь втоптали.
Точка между «до» и «после» считается переломной. Но если однажды она окажется между «после» и «до», то, возможно, перелом — не конец, а начало срастания. Не всё, что было разрушено, потеряно навсегда. Иногда «после» становится дорогой обратно к новому «до».
Она родила в поле, одна, в сорок втором. Сыну за восемьдесят — он до сих пор приносит на то место цветы
В сорок втором июль стоял жаркий.
Такой жаркий, что трава сохла на корню. Сенокос выдался ранний, дружный — если не взять в срок, останешься без кормов на зиму. А зима на севере, сам знаешь, не шутит. Придёт в октябре, ляжет до мая — и попробуй прокорми скотину, если сена не запас.
Мужиков в деревне почти не осталось. Всех подчистую вымела мобилизация. Ещё в июне пришли повестки, погрузили…
Художник Михаил Сатаров родился в 1963 году в Москве, закончил Московский государственный академический художественный институт имени В.И. Сурикова.
На картине Михаила Сатарова «Московская слобода» воссоздан колоритный, идеализированный образ ушедшей старой Москвы, выполненный в лучших традициях русской реалистической школы пейзаж.
Центральное место занимает запряженная тройка светло-серых лошадей, стремительно скачущая по грунтовой дороге и поднимающая легкие клубы пыли. Кучер в традиционном костюме уверенно управляет повозкой, в которой сидят пассажиры. Дорогу обрамляет сочное летнее разнотравье с полевыми цветами.
В тонком фарфоре
Как-то особенно, с улыбкою, уютно
Пить кофе медленно в рассвете, в тишине.
Ловить ртом пара завитки бесшумно,
Смотреть, как утро улыбается в окне.
В прозрачном, чистом, тоненьком фарфоре
Так сладко вкуса терпкость смаковать.
И быть неправым с ним в уютном споре —
В таком моменте жизнь приятно осознавать.
Лишь ты и утро. Медленно и нежно.
Глотоки… стекают в ритме блюза вглубь.
И ощущать, как счастье тут безбрежно,
Оно касается в рассвете твоих губ.
Когда всё пройдёт, вспомни с благодарностью о том, что было. Даже о тяжёлых днях, научивших ценить жизнь, вспомни с благодарностью. Ведь, вспоминая с благодарностью, ты благодаришь Всевышнего, и Он знает об этом.
А я люблю вокзалы… Вокзал — это визитная карточка города, его лицо. Поэтому из окна поезда всегда внимательно вглядываюсь в это «лицо», пытаясь «прочитать» город. Вокзалы бывают очень разными. Не обязательно это грандиозный дворец — даже скромное здание может быть очень уютным и «своим», родным. Пусть даже и небольшой городок, и здание вокзала простенькое, без затей, но как же всё уютно — чисто, всё продумано. Клумбы, цветочки, лавочки. Кстати, иногда именно такие «непарадные» вокзалы оказываются особенно интересными — в них часто кроется история или особый характер города. Появляется желание не просто проехать мимо, а задержаться, осмотреться, почувствовать ритм места.
Карл Иоганн Лемох (1841 - 1910) - русский живописец немецкого происхождения, мастер жанровой живописи.
Карл Лемох, получивший при дворе православное имя Кирилл, давал частные уроки рисования детям будущего императора Александра III, в том числе и будущему последнему императору Николаю II.
На этой картине мы видим детей на крыльце дома.
Вот девочки держат букеты полевых цветов, которые этим утром они собрали на поле близ деревни. Держат букетики в полном смущении и ожидании.
А вот и мальчик, держащих в руках мелкое лукошко с куриными яйцами, которые тоже, по-видимому, совсем недавно курочки снесли.
А зачем они все тут? Почему приготовили все эти нехитрые дары? А если поздравление, то с чем и кого?
Все просто. Это сегодня Ховрино — часть Москвы. А тогда — деревня даже и не в бл…