Когда тебе десяток лет,
Ты рад, что есть велосипед,
Скейтборд и ролики и лыжи,
Не думаешь ты о Париже.
И папа с мамой есть всегда,
И закадычные друзья.
Когда пятнадцать, мир широк,
В мечтах далёкий уголок.
Любовь, гитара, школьный бал,
Вот кто-то нежно руку сжал.
Ещё не знаешь, что потом,
Но сердце всё горит огнём.
Обещание перед своими произведениями. У меня бывает.
Однажды пришло начало стиха, как заготовка, но не было больше ничего.
Но я дала обещание, что обязательно допишу.
Расплачется сердце слезами — война не щадит детей.
«Фрицы идут за нами!» — Освенцим горит сильней.
Мрак в полутёмной комнате, воздух пропитан тюрьмой.
Набатом в висках отбивается — смерть ищет встречи со мной.
Мать прижимает малышку, шепчет: «Родная, не плачь!
Мы с тобой, доченька, выдержим — нас не найдёт палач».
Страх рвёт завесу ночи… Время — как острый нож.
Немец идёт, проклятый… Детку мою не тревожь!
Горе, как тень, надвигается — как пережить эту ночь?
Мать замерла в ожидании: «Боже, спаси мою дочь!»
Стены молча, скрыть стараются, каждый испуганный вздох.
Миг каждый — как испытание… Вдруг заскрипел порог.
Хочу почувствовать твоё прикосновенье,
Огонь в крови, нежданное влеченье.
Сжигает пусть оно нас словно уголёк,
Соединяя души в пламенный поток.
Я жажду нас, сплетенье наших судеб,
Где каждый вздох как откровенье будет.
И я сдаюсь, нет больше сил идти вперёд,
В пучину страсти путь к тебе ведёт.
Я растворяюсь в вихре этих чувств,
Где боль и страсть сплетают свой союз.
Ты — мой удел, моя судьба, мой рок,
В тебе весь мир, в тебе мой каждый вздох.
Знакомые пошутили... Напиши про холодец. Сможешь?
Написала.
Сказка есть давно одна
Вам про братца холодца
О любви, его пристрастьях…
И о том, в каких напастях
Был однажды холодец
И какой пришёл конец.
Как однажды он влюбился
Даже чуть ли не женился,
Но об этом подождём
Сказ свой медленно начнём.
Холодец Зимы наш брат
Был однажды очень рад,
Что кухарка вдруг решила
Нет сил собрать любви осколки, быть счастливой…
Но я пытаюсь, всё ещё учусь, пока живу.
Во сне вдруг вспыхнет образ твой родной и милый,
И сердце замирает в тот же вмиг, как будто наяву.
Лечу в безмолвии, боль нарастает на рассвете,
Душа сжимается в тисках… от леденящей глубины.
Шанс есть на счастье? Там вдали маяк нам светит?
Исчезло прошлое, а будущее словно бы в бреду.
В ином пространстве нам соткут другой сценарий,
По ходу пьес, герои времени, лишь наша тень.
За гранью дней, где свет и тьма, и мир так фамильярен
Мы вспомним миг, что не вернётся к нам теперь.
Смотрю я ввысь, холодных звёзд там блеск,
Удача ль есть? Вопрос звучит… немой ответ.
Одна лишь ты как лучик света в темноте,
Моя надежда…тихий утренний рассвет.
Дверь распахнулась в незнакомый мир,
Разносит ветер пыль былых обид.
Мечтаю вновь увидеть, слышать голос твой,
Чтоб раствориться в нём, как бьёт волна прибой.
Ты так нужна как воздух мне, как талая вода,
Не отпускай прошу, останься рядом навсегда.
Мир без тебя холодным стал, он пуст и нелюдим,
Как дом заброшенный, где грусть царит над ним.
Сошла с картины пава, Валентина,
Красивая… изящная… царица настоящая.
В глазах её мерцает свет, подобный тысячи комет,
Росою дивный лик омыт… улыбкой говорит привет.
Ступает по Земле и время замирает,
Мир дышит ласковей и трепетней при ней.
Взгляд Валентины, словно дар случайный,
Что освещает душу… ярче всех огней.
О, Валентина — чудо, небыль, грёза,
Сошла с холста ты в наш суетный мир.
На кончике пера поэт возносит в прозе
Твой образ, сердце что так покорил.
Есть у меня ряд современников поэтов, которые, как по мне странно пишут. Читаешь стих и понимаешь, что он состоит из двух незаконченных отрезков.
Обычно, прочитала и прохожу мимо, но вчера не удержалась.
Первое четверостишие это позаимствованное, далее своя фантазия.
Иней… становится розовым, синим,
Пепельным, белым — при полной луне…
Медную стрелку назад передвинем,
Снова окажемся в той стороне,
В городе шумном, где тропы в сугробах,
Ёлки как будто в хрустальном лесу,
В каждом окне… огоньки, словно зовы,
Тайны хранят… ледяную красу.
Там, за чертой, где зима чародейка,
Каждый где след словно стих на снегу,
Сердце находит забытую метку,
Ту, что вела нас в прошедшем году.
Иней мерцает… как звёзды седые,
Свет льётся лунный, как тихий напев,
Если в окружении есть друзья художники, современного масштаба, то приходится постараться в поздравительном стихотворении.
Вновь год прошёл Вы не скучайте,
Жизнь в праздник чаще превращайте,
Рисуйте… пойте песни и читайте…
В леса ходите, запасайте,
Траву, лекарственный отвар
Вам для здоровья… нам как чай
Любите жизнь она прекрасна,
Живёте Вы ведь не напрасно
Не нужен нам Винсент Ван Гог
Для нас он милая далёк.
И Сальвадор с фамилией Дали
Пусть мирно спит… с иронией вдали.
Ни на кого в искусстве не смотрите,
Возьмите кисть картину напишите
Тебе сегодня шестьдесят,
В народе верно говорят, ДА… возраст этот не пустяк
И жизнь, не ломанный пятак.
Стремишься ты к родному дому,
Воспринимаешь по-другому,
Не так как в детстве, а иначе…
Что есть родня, семья и дача.
Не жжёшь уже судьбы мосты,
ХОТЯ НЕ КОНЧИЛИСЬ УГЛЫ.
Всё больше нравится гулять,
Костёр разжечь и подышать,
Наделать фото там и тут,
И пусть тебя не все поймут.
Закрывая глаза… слышу сердца знакомого стук,
Прижимаюсь к тебе и мир исчезает вокруг.
В ритме финского танго дыхание схоже с моим
В этот миг я нашедший приют пилигрим.
Твои губы волнуют теплом от улыбки своей,
Словно ветер колышет листву у пушистых ветвей.
Каждый взгляд твой….игривый, весенний ручей,
Ты мой свет, что не гаснет в тени долгих пасмурных дней.
Дай же стать мне дыханьем твоим…вникнуть в суть
Рядом чувствовать пульс … позволь мне с тобою уснуть.
Я люблю без конца и без края…пути нету больше назад,
Ты мой воздух…мой свет…мой единственный сказочный сад.
В январский день, когда мороз лютует,
Рисуя дивные узоры на стекле.
Метель, кружа, царицей торжествует,
Окутав мир в серебряной фате.
Мы вспоминаем светлый образ Леонилы,
Душой, та словно инеем чиста.
И в миг, когда зима плетёт свои мотивы,
Твой тихий свет не гаснет никогда.
Он льётся, лунной нитью… прекращая вьюгу,
Он отблеск утра в ледяной тиши.
В нём нежность… в нём улыбка друга,
В нём теплота негаснущей мечты.
В нём свет надежды, в нём отрада взгляда,