— Поверь, все будет хорошо!
- Тебе ль не верить?
- Да, просто верь! Ну, что еще?
- А жизней девять?
- Конечно девять. Улыбнись!
- Какая эта?
- Садись поближе… знаешь, Кысь…
…а скоро лето.
луна как блюдце с молоком…
и звезды ближе…

/сидела Женщина с Котом на теплой крыше/…

Однажды тебе повстречается Человек,
на фоне которого все остальные — страницы
исписаных черновых, прочитанных раньше, тех,
в чьих жизнях тебе предпочтительней раствориться.
И тот Человек открывает тебе тебя
по зернан, по наногранулам, по крупицам
и ты, познавая свой мир, благодарна тем дням,
когда вам судьба подарила тот шанс друг у друга случиться

Из всех ночей с тобой пошлости ни на грамм, мы мастера по взглядам, выдохам и словам, я обнимаю тебя так крепко — я никому тебя не отдам.
Пускай октябрь горчит и прячется в рукава, а мы с тобою в одинаковых городах и между нами всегда так мало минут пути. Но до тебя мне никак не доехать и не дойти.
А я не раз уже пачкала письма этим своим «люблю». Теперь цена его выше, употребление равно нулю. Но разве это нам важно, когда я в глаза смотрю, ты тоже смотришь. Чего ж мне делать теперь в Раю?
Земное счастье встает на работу когда темно, смеётся, шутит, читает книги, смотрит кино. И может даже скучает и думает перед сном:
«как она там засыпает?»
и цокает языком.

Присниться вам с утра, чтоб разбудить?
Храни вас Бог в сухом, прохладном месте!
Склероз, вам — выше! Здесь живёт запор!
Сальери, тренируйтесь на Джульеттах!
Жизнь не проходит даром никому!
О, как он чист душою, этот негр!
Вам плохо, или всё же мне прийти?
Да ты ещё не нюхал аллергии!
На вас лица нет! Попы, кстати, тоже…
Опять от Вас усы в колтун свалялись!
Во время жизни — жизни тоже нет!
Найду, кто сглазил — прокляну навеки!
А кто детей русалкам носит? Цапли?
Да — да, все на фиг! Брут, и ты — туда же!
… показать весь текст …

Я хочу, чтобы вы меня не узнали. В этом строгом платье, на каблуках.
В октябре начнут собираться стаи. И запахнет горечью в небесах.
А пока смотри на мои ладони. И читай по ним. И рисуй на них.
Изо всех истерик и всех агоний у тебя самый резкий удар под дых.
Я хочу тебя встретить. Совсем случайно.
И от страха снова забыть слова.
Длинным шлейфом потянутся в небо стаи.
Брызнет вниз акварельная синева.
И найдутся ответы на все вопросы, даже те, о которых ты сам не знал.
У тебя предательски нежный голос.
Я должна смириться,
Что он мне лгал.

Мне не нужно читать чужое. На любви, как и на войне, слово каждое — пулевое. Между рёбрами. Где больней. Где уже не достать — не выдрать. Где исчерпаны все слова. И усталость, как Божья милость, дарит краткие ноты сна.
Вот мой мир — зарифмован насмерть. Слишком туго и горячо. Аве, милый. И будь же счастлив. Не жалей больше ни о чём.
Пропадаю без вести — молча. Пуля — дура, а смерть — тоска.
Вот мой мир — ты туда не хочешь.
И не ходишь меня искать.

И кричать, не разжимая губ, и ладонь твою сжимать до боли. Наша жизнь (который адов круг.) происходит не по нашей воле. Где же он, потерянный в веках, наш незримый гид-путеводитель? Я под веки загоняю страх, чтоб кричать ночами: «Помогите!» и захлёбываться в трёх простых словах…
И молчать, не открывая глаз, проникая глубже внутривенных. Я с тобою счастлива сейчас, слишком просто и обыкновенно, чтобы перестать бояться стать незначительною или маловажной… Рядом быть — не значит приручать, я об это спотыкалась дважды.
Я тону в холодном ноябре, слишком томном, слишком близком сердцу. И росой прикована к земле маленькая весточка из детства. Ты же крепко держишь — не упасть, и тепло с тобой, и непривычно, ты меня читаешь постранично, а я так и не разобралась.
Люди называют это участь, а действительно — это та часть
меня,
которой ты небезразличен.

Расстояние — это самое страшное, что может случиться с людьми.
Обронила солнце, оно повисло на кромке воды.
Так же и я у тебя внутри
Не могу согреть.
А ты мне ближе, чем те, кто рядом, а я с тобой научилась петь.
И рвать отчаянно, беспощадно тугие сети.
Я научилась видеть, а не смотреть.
Хоть между нами бескрайнего моря треть,
Я научилась мириться с этим.

Так вот. Я расскажу, что расстояние — это самая тяжкая ноша, несут которую двое.
Но, когда я слышу твой голос нежный, оно и ломаного гроша не стоит.
А между нами всё то же море.
Проходят дни.
… показать весь текст …

Это планета бабочек и цветов — сытых монархов в зарослях молочая —
тех, что лелеют паству и окормляют
… / после того, как высосут млечный сок /.
Логика гусениц в целом всегда проста: будущим крыльям нужно служить сегодня.
Ветер обходит венчики хитрой сводней.
…В новом потомстве выживут два из ста.
…
Сильные мира?
…Это ещё вопрос:
кто доминанта — бо’льшее зло меж прочих?
Мир закольцован. Суть пищевых цепочек —
…просто позволить Змею сожрать свой хвост.
В этом контексте Запад грызёт Восток
…/ и…
… показать весь текст …