Я просто хотела быть ближе,
Я просто хотела быть рядом.
И слышать, как ровно ты дышишь,
И видеть весь мир твоим взглядом.
В ладошку твою окунуться,
И крылышки снова расправить,
От страшных видений очнуться,
Тебя ощутить, не представить.
Не ждать мимолетного счастья,
А жить в теплом нежном покое.
И по утрам просыпаться
Не где-то, а рядом с тобою…
— Плохо, когда мужика в доме нет…
По скорбной Юлькиной интонации я понял, что ей сегодня как никогда хочется серьёзных отношений…
Мне же хотелось жрать!
Именно жрать, а не есть или кушать…
Позавтракать, как, впрочем, и пообедать, на авральной работе, увы, не удалось, а джентльменский набор, с которым я заявился в гости, хоть и состоял из высококачественных цветов, высококалорийного коньяка и высокополезных мандаринов, на достойную моего внимания еду тянул не очень…
К тому же в …
Весна цветет, облака — как пена, с последним снегом ушла зима…
Когда ты стал для меня вселенной — я не заметила и сама.
Немного плакала… или много. Но по какой-то своей судьбе
Я почему-то любой дорогой все возвращалась назад к тебе.
И я не знаю, что с этим делать и как учиться вот с этим жить…
Душа забилась поглубже в тело и там тихонько сидит, дрожит.
Я говорю тебе «больно, больно!» — ты отвечаешь «терпи, терпи.»
Ты будто весь до краев заполнен. Во мне же вновь пустота хрипит.
Но все со временем замерзает, а что замерзло — то не болит,
И я от прошлого ускользаю куда-то к морю, на край Земли,
Весна весною, но небо — выше, я дотянулась до самых звезд…
Ты говоришь-я почти не слышу, ведь жизнь полна и других знакомств.
Во сне я путаюсь в коридорах и понимаю: не суждено.
Он мне сказал: «Мамзель «, Вы так прелестны!
Вы чистый ангел, я всю жизнь Вас ждал! »
Во мне — сто двадцать с «гаком», если честно,
Но то, что ангел — тут он угадал.
Стал клеиться, как пластырь, я же вижу,
И сыпал комплименты без труда.
Сказал, что только-только из Парижа,
И хочет пригласить меня туда.
Покажет он мне Эйфелеву башню
И Лувр, и что там есть у них ещё.
Пусть он не Аполлон, и в меру страшный,
Но чувствовалось верное плечо.
Он был меня на голову пониже,
А я-то,…
Я никем не болею — свободная птица,
Может быть, позволяю себе слишком много:
Увлекать, увлекаться и даже… влюбиться!
Вечерами мечтать — да и что тут такого?!
Эта лёгкость даётся лишь после темницы,
Где и воздух — не воздух, а имя мужчины.
Я никем не болею — болеют ли птицы?
И могу, как они, улетать без причины.
Мне не нужно признаний, я их не услышу,
На дистанции сердце: музей, экспонаты.
Я люблю целоваться и в ливень на крыше,
Но не пой под окном по ночам серенады.
Зажгу в ночи свечу, налью вина…
Играет отражение в бокале…
Я так хочу, я пью одна — до дна,
За то, что мы с тобой чужими стали…
Пусть у тебя все будет хорошо…
Ты выбрал Путь — иди своей дорогой…
…Допит бокал, налью себе еще…
…воспоминаньями меня не трогай…
Не надо обещать, не стоит лгать…
…не путай увлечение с Любовью…
Уж если Счастьем ты моим не можешь стать,
Не становись хотя бы моей Болью…