Равиль

Поздняя осень, ветер с дождями. В свете ночных фонарей. Суетность города сменилась огнями. В теплых жилищах людей. Поздний прохожий, озябший до дрожи. Торопиться, зная, что ждут. Ветры с дождями его подгоняет. В теплый домашний уют. Ветры все воют. Дождь окна моет. Смотрим на грусть за стеклом. Каплями бьется. Слезками льется. И в ночь бежит ручейком.

Гастарбайтеры у нас по понятиям:*низший* класс. В ЖКХ, да в транспорте, и платят как на паперти. По подвалам бедные грязь гребут за нас. И в криминал порой кидаются безвыходно подчас. Но вот сподвиг наметился. Сей класс вдруг вознамерился. Уйти в классы имущие. Пример к тому уж есть. Он нами узнаваем. Снимает и снимаем. Теперь к тому же с нами. С гражданством и уж здесь.

Вы представляете, сегодня в новостях сказали. Что кто-то там для нас придумал сайт. Чтоб мы, простые люди, жалобы свои туда кидали. На тех, кто притесняет и уволить рад. Вот только есть сомнения: во что все превратится? В поклепы, постоянное нытье, и клевету? По существу писать не будут: что зря тут изводиться. Ведь по традиции в России, все жалобы гуляют по кругу. И возвернуться к тем же лицам, на коих мы стрекочим. И по законам нашим работодатель почему-то прав всегда. Мы просто чаще по статье уйдем иль сокрощение схлопочем. Как было на Руси -так и останется.

Обычный сюжет городской суеты. Коротенький сон, оттого редко сны. Невыпитый кофе. Не успеваем. Надо выйти пораньше, а то опоздаем. В транспорт битком с локтями влезаем. И еле-еле мы успеваем. Оперативки, рутина, работа. Начался день, трудовые заботы. В бешенном ритме обед мимоходом. И вот уже вечер, в магазины походы. Авоськи, продукты, готовка на ужин. По жизни бежим с покоем не дружим. Всюду торопимся: дома, в работе. А жизнь утекает словно вешние воды.

Когда льет дождь осенний, ну почему же мы грустим? Когда бьет золото листвы; мы плачем? Красивая пора уходит в сон, и понимаю я, что мы хотим. Чтобы еще чуть-чуть под солнышком, в красивом платье. Наши любимые побыли на закате. И на рассвете в утренней росе. Чтобы в лучах любимую прижать в объятиях. И прокричать как сильно я люблю, и что она нужна так сильно мне. Ну почему же мы грустим по осени. Как будто часть души в слезах уходит. Когда мы любим, то даже если у природы проседь. То счастие тогда всегда прибудет.

Наверное мои душа и тело в разных ипостасях. Душа моя уходит, и часто дверью хлопает, а я молчу. Сосуд же в преклонении у иконостаса. В свечах, в слезах молит судьбу. Она стремиться в даль, где на закате ангел. Приходит, песнь поет свою, А телеса как будто бы лежат под камнем. И воздуха вдохнув в последний раз уходят в тьму. И так всегда, где ночи, суета дневная. Душа моя летает, бросив телеса. Она одна все знает понимает, и держит под замком меня. Все обещает что вот-вот и будет счастье. И телеса мои в надежде ждут. И вот душа моя в полет, а телесам ненастье. Ночами в щели в дом потоком прут. Но страха уже нет, и тени отступили. И даже звездочка знакомая подмигивает мне. Я все же верю что душа моя любовь мою найдет, и я открою двери. И в них любимая моя войдет, и не во сне.

Дни рождения мы отмечаем пышно. А ведь по сути это проводы ушедших дней. Банкеты собираем на юбилеи. И редко думаем, что стали мы взрослей. Что новый год нас приближает. По сроку жизни к окончанию. Нет, я ни в коем случае в том не терзаюсь. Ведь жизнь души по сути нескончаема. Ну канет наш сосуд во время темное. Но ведь душа, очистившись, вернется вновь. И пусть она живет неугомонная. И новые любви приобретет. Дни рождения, обманный праздник. Календарный вестник наших дней. БОГОМ предоставленный проказник. Балует нас радостью исходом в мир теней…

Как-то вечером я шел по городу в огнях. Смотрел по окнам в первых этажах. На быт своих сограждан, кто и как. И понял я тогда, что счастье не в деньгах. Мы все по разному живем, в разном достатке. А счастью ведь не важно, кто ты есть. Что олигарх, что словно ты придаток. Иль в среднем классе и имеешь спесь. Не важно это все для счастья. Оно наверно искренне тогда. Когда два человека в радости, в ненастье. Друг друга берегут и долгие года…

Осень золотом на землю опустилась. И почему-то грусть пришла. Наверное надежда вновь с красотой простилась. И наступила золотая мгла. Сверкает холодом металла. Красиво, только нет тепла. И грусть ночами в дом вползает. И гложет душу эта пустота…

Вот и осень, и грусть в ночи, как птица. В окна наши, на свет свечи стучиться. Мы с интересом приоткрываем окна. И вот уж дом заполнила она. Мы музыку включаем, громче, веселее. Мы выпиваем, дабы быть стать бодрее. Но звезды заглянув, лишь пожимают светом. Коль мрак и свечи, здесь живет тоска. Они ведь правы: человек не должен. Быть в этом мире одиноким, без любви. Его душа скорее, нет возможно. Уйдет на звезды в дальние миры…