Раньше всё было возвышенно, трагично и с ароматом нафталина.
Мужчина, решивший жениться, надевал самый тесный воротничок, шёл к строгому папеньки своей пассии и, бледнея, просил её руки.
Папенька сурово спрашивал у претендента: «Сможете ли вы, сударь, обеспечить мою Анечку?». Мужчина бил себя в грудь, обещал горы золотые, а Анечка в соседней комнате падала в обморок от избытка чувств, театрально комкая кружевной платочек.
Всё это имело под собой железобетонную логику, ведь без Анечки у мужчины не было ни борща из трёх видов мяса, ни накрахмаленных рубах, а у Анечки без мужчины банально не оказывалось бы средств на новые шляпки и пирожные у Филиппова. Мужчина и женщина были скованы одной бытовой цепью, и цепь эта казалась им священной.
Ныне же наступили времена удивительные, если не сказать, что весьма и весьма подозрительные.
Сами посудите, зайдёт, например, современный мужчина в социальную сеть, почитает тамошних доморощенных философов с тремя высшими образованиями и крепко задумается.
Философы же авторитетно заявляют, не дуя в ус: «Женитьба — это же чистый убыток, брат! Зачем тебе вкладывать капитал в предприятие, где дивиденды выдаются исключительно в виде туманных ощущений, которые можно получать от жизни бесплатно или, по крайней мере, не столь обременительно?».
И ведь правда, если посмотреть на дело с точки зрения бухгалтерии, позиция современного мужчины выглядит как кассовый разрыв.
Зачем ему, спрашивается, Анечка XXI века?
Чтобы кормить ее? Боже упаси. Чтобы Анечка приготовила ужин, её сначала нужно замотивировать, отвезти в ресторан модной фермерской кухни, выслушать лекцию о вреде глютена и оплатить счёт, на который можно было бы неделю кормить небольшую деревню в Калужской области.
А курьер в ярко-жёлтой куртке приносит суши быстрее, они гарантированно без глютена, и курьер при этом молчит, не требуя отчета, почему ты задержался на работе.
Чтобы обстирывать? Размечтались! Конечно же нет. Стиральная машина со встроенной сушкой справляется с этим делом бережно и бесшумно. Она не вздыхает укоризненно над пятном от соуса на любимой футболке и не заявляет: «Я угробила на твои носки лучшие годы своей молодости!».
А если к этому добавить робот-пылесос, картина вырисовывается и вовсе пасторальная. Этот круглый механический друг покорно жужжит под диваном, преданно бьется лбом о ножку стула и никогда (слышите, никогда!) не пилит за то, что ты опять бросил джинсы возле кресла вместо вешалки. Он просто молча объезжает их стороной, деликатно и заговорщицки подмигивая тебе зеленым огоньком. В итоге, ты получаешь полную автономию, душевный покой и торжество прогресса.
Отсюда в неокрепших умах и зарождается страшное подозрение в том, что семья полностью девальвировалась, превратившись в архаизм вроде пейджера или дискового телефона.
Возникает закономерный вопрос: «Зачем тратить нервные клетки на выяснение, чей черед мыть чашки, если можно купить одноразовые»?
Но тут-то и кроется самый тонкий и ироничный фокус нашей эпохи.
Когда из брака, как шелуха, облетели экономическая кабала и кухонное рабство, мужчина и женщина внезапно остались наедине с голым, ничем не прикрытым смыслом друг друга.
Выясняется, что купить сегодня можно решительно всё, начиная с идеально выглаженной сорочки до компании на вечер по тарифу «премиум». Цена вопроса известна, кэшбэк начислен.
Нельзя купить только живого человека, который искренне, без абонентской платы, затребует у тебя отчет: «Ты почему без шапки?» или «Зачем ты опять купил эту гадость к чаю?».
Современный мужчина, если его интеллект поднялся хотя бы на ступеньку выше процессора его собственной микроволновки, начинает постепенно догадываться о том, что женщина нужна ему вовсе не для оптимизации расходов на клининг.
Она нужна ему как единственный живой свидетель его подлинного, не отфотошопленного бытия в этом слишком механизированном мире, опошленным искусственным интеллектом, готовым на все тебе выдать наисладчайший комплемент.
Вас еще не тошнит от стерильного миролюбия ии-компаньонки, говорящей услужливо: «Я искренне понимаю ваше разочарование и то, как сильно эта ситуация нарушила ваши планы. Мне очень жаль, что вам пришлось столкнуться с этим негативным опытом. Я бы тоже очень расстроилась на вашем месте…»?
Живая же женщина может в три часа ночи яростно спорить с вами, дурак ли режиссер нового блокбастера. Она нужна мужчине, чтобы было кому искренне пожаловаться на начальника-самодура, точно зная, что тебя не просто выслушают, а предложат «сжечь его офис».
В конце концов, женщина может заглянуть в твою комнату, посмотреть на твое хмурое лицо и молча поставить перед тобой на стол чашку чая с сахаром, хотя ты сто раз говорил ей, что пьешь его с топинамбуром. Но в этой ошибке тепла больше, чем во всех безошибочных алгоритмах Яндекса.
Я считаю, что рано еще хоронить семью и считать, что она умерла окончательно. Современная семья очевидно уволила из своего штата кухарок, прачек и строгих надсмотрщиков, оставив только соратников, соучастников и компаньонов.
И если сегодня люди всё еще подают заявления в ЗАГС, они делают это не от голода или безысходности, а из искреннего желания делить этот странный и сложный мир с кем-то не по контракту, а по любви.
А семья, это мероприятие, согласитесь, хоть и сопряжено с риском регулярных скандалов из-за бытовых курьезов, всё-таки, как ни крути, приятное во всех отношениях.
© Любовь Сгонник 5
