Эта кошка была для меня, как душа,
что однажды во мне поселилась
и всегда ночью рядом, мне в ухо дыша,
колыбельную петь не ленилась.
И мурлыкала так, как котятам своим
или так, как мурлычут любимым…
Разве можно быть к чувствам другого глухим,
если с кем-то судьбой стал единым.
Я для кошки своей ничего не жалел…
Ну, а как же могло быть иначе?
Я болезнью её вместе с нею болел
и надежда была нам удачей.