Я думаю, что истинная трагедия человека заключается в том, что он прекрасно понимает всю мерзость окружающей его среды, но не в силах что-либо изменить.

Поскреби любого интеллигента, и перед тобой окажется трусливый обыватель, который читает чужие мысли, повторяет чужие мысли и живет чужими мыслями…

Гордыня и высокомерие — слуги дьявола. Если ты не сможешь управлять ими, они начнут управлять тобой.

Героизм — это победа души над телом.

Пошлость — это когда с пафосом об очевидном.

Если кто-либо знает, какое решение он должен принять, чтобы произвести нечто хорошее или помешать чему-то дурному, но не делает этого, — это называется малодушием.

Если воля цепляется только за мелочи, только за нечто бессодержательное, то она превращается в упрямство. Это последнее имеет только форму характера, но не его содержание. В упрямстве — этой пародии на характер — индивидуальность человека становится отталкивающей, упрямство препятствует его общению с другими.

Характер-это определённая форма воли и интереса, делающая себя значимой.

Только тот человек свободен, который вполне сознаёт своё человеческое достоинство.

Легкомысленный человек, не знающий истины, изъясняется абстрактно, высокомерно и неточно.

Жадность — корень всех зол

Праздностью рождается разврат, Всех мерзостей источник преопасный.

Моральное негодование — это техника, с помощью которой можно наполнить любого идиота чувством собственного достоинства.

Не представляешь, как жутко гибнут те, кому доводится столкнуться с материализацией собственной низости…

Для низких натур ничего нет приятнее, как мстить за свое ничтожество, бросая грязью своих воззрений и мнений в святое и великое.

В чем не знаешь толку, чего не понимаешь, то брани: это общее правило посредственности.

Из всех страстей человеческих сильнейшая — самолюбие, которое, будучи оскорблено, никогда не прощает.

Апатия и лень — истинное замерзание души и тела.

Бывают люди, которые отвратительны при всей безукоризненности своего поведения, потому что она в них есть следствие безжизненности и слабости духа.

«…Все-таки презрение — отличное успокаивающее средство, подумал он про себя. Оно все расставляет по своим местам, как таблетка аспирина, рюмка спиртного или сигарета.»