За городом тихо… так тихо, что ломит в висках,
Снега здесь белей… и зимы различимо дыханье,
И день, как кораблик, плывущий в родных брегах,
Вернувшись домой, после тяжких судьбы испытаний.
Шепнёт синий лес: «Это чудо, как жизнь хороша», —
Округлость сугроба смягчит у тревоги колючесть,
И, всё принимая, к покою приникнет душа,
И станут светлее и выше печальные тучи.
У золушки каждой — избушка и печь… и дворец,
Хрустальная туфелька (само собой — по размеру),
Карета и тыква… нечаянный в сердце рубец…
Но «лес» и «округлость» всегда возвращали нам веру.
