Поздравляю! Приехали. Станция «ноль»,
Звенит пустота спасением,
Стирается счастье, стирается боль,
Обновление, обнуление.
Ритмом разум баюкает стук колёс,
Турбины гудят на взлетной,
Актуальность теряет любой вопрос
И погода становится лётной.
Если сахар на вкус лишь мука да соль,
А от грусти душа немеет —
Остановка! Выходим на станции «ноль»,
Время выбрать маршрут вернее.
И покуда жива и цела Земля,
Занята чередой вращений,
… показать весь текст …

полсотни лет один и тот же сон:
в погоне за мифической свободой
по бездорожью… приминая годы —
самокатящееся колесо…

с карманами, набитыми «успеть бы»,
я задержусь в последнем из пристанищ,
и приглашу свою судьбу на танец,
смешав в палитре жизни быль и небыль.
она кивнёт небрежно, но любезно,
и чередой бессмысленных потех
закружит в пьяном вихре из потерь:
возможностей,
друзей,
… показать весь текст …

Строки стынут кровоподтеками
На губах, что огнем иссушены.
Люди, пряча глаза за стеклами,
Напряженно меня не слушают.

Злое, честное безразличие —
На черта им мои истерики?..
Им машину бы поприличнее
Без метафор и эзотерики,

Им, влюбленным в пельмени с кетчупом,
Что мои словеса воздушные?
Мне понятно ведь это вечное
Ироничное равнодушие!
… показать весь текст …

Вздыхая потихоньку и ворча,
хромой старик с тяжёлою лопатой,
негнущуюся ногу волоча,
на взгорок поднимается покатый.

Ступени вырубает на пути,
заваленном февральскими снегами,
чтоб легче было людям вверх идти
здоровыми и крепкими ногами.

Он рукавицей смахивает пот,
недобрым словом старость поминает.
А снег идёт. Всё гуще снег идёт.
И свежие ступени заметает.

Стена

Листья холодные, тёплый снег,
Вьюга метёт да метёт с утра.
На бесконечной сырой стене
Буквы, которых не разобрать.

Явь, сновидение или бред?
Не обойти, лишь пройти насквозь —
Если сумеешь сложить ответ,
Если успеешь задать вопрос.

Ветер такой — не слыхать шагов.
Там, за стеной, ждут твоей строки
… показать весь текст …

Почти каждое утро я встречаю её в автобусе.

Вернее, поначалу я её только слышала, когда на весь салон,
удручённый теснотой и пробками, раздавался вдруг непривычный рингтон с голосом Анны Герман:

«Одиииииин раз в год сааааааады цветут…»

Все вздрагивали и оборачивались — это у кого, ё-маё, сады цветут в семь утра неприветливой зимы?

И видели её — маленькую, слегка нелепую в своём зелёном картузе, салатовом пуховичке, стиляжных джинсах и жёлтых мальчишеских тимберлендах на шнурках, лет семидеся…
… показать весь текст …

как скорый поезд пролетает
пред нами жизни кутерьма
и с ней мы опыт обретаем
сполна

А на кладбище тишина.
Не бывает здесь суеты.
Только даты и имена,
И несбывшиеся мечты.

Здесь никто уже не грешит,
И не делает добрых дел.
Никуда никто не спешит.
Ведь всему наступил предел.

Все мы знаем каков итог,
Но торопимся жизнь прожить,
Пропуская сквозь пальцы то,
Чем безумно должны дорожить.
… показать весь текст …

Неразборчивый почерк судьбы на рецепте личного счастья…
Доктор, если бы, да кабы, если б раньше, хотя бы отчасти
Знать. Не знал и не видел нужды. Знал, любимые это знают.
И до утренней самой звезды неразборчивый почерк читают.
Ночь на улице, тусклый фонарь, тени призраков, где ж аптека.
Заговоры мне протарабарь город сумрачный — сонный лекарь.
Вот рецепт, но какой эликсир? Знаем, много вас, пряча ухмылку,
Выдаёт мне судьба-кассир предназначенную бутылку.

Контрольные. Мрак за окном фиолетов,
Не хуже чернил. И на два варианта
Поделенный класс. И не знаешь ответов.
Ни мужества нету ещё, ни таланта.
Ни взрослой усмешки, ни опыта жизни.
Учебник достать — пристыдят и отнимут.
Бывал ли кто-либо в огромной отчизне,
Как маленький школьник, так грозно покинут?

Быть может, те годы сказались в особой
Тоске и ознобе? Не думаю, впрочем.
Ах, детства во все времена крутолобый
Вид — вылеплен строгостью и заморочен.
И я просыпаюсь во тьме полуночной
… показать весь текст …