Дело в том, что он полюбил безумною любовью, сам не зная почему,
вопреки своему тонкому вкусу, вопреки своему разуму,
вопреки даже собственной воле. Он упал в пропасть этой любви,
как падают в яму, полную жидкой грязи. Нежный и утонченный от природы, он мечтал о связи изысканной, идеальной и страстной, а его захватила,
пленила, овладела им целиком с ног до головы, душою его и телом,
эта женщина… Он подчинился этим женским чарам,
загадочным и всемогущим, этой таинственной силе, этой изумительной власти,
неведомо откуда берущейся, порожденной бесом плоти и повергающей самого
разумного человека к ногам первой попавшейся девки, хотя бы ничто в ней и не могло объяснить ее рокового и непреодолимого господства.

Мы знаем, что любовь сильна, как смерть; зато хрупка как, как стекло.

У сердца есть загадки, недоступные разуму.

Ничего нет ужаснее, как на старости лет окунаться в свою молодость.

Ни с чем нельзя сравнить радость первого рукопожатия, когда одна рука спрашивает: «Вы меня любите?» — а другая отвечает: «Да, я люблю тебя».

Неблагодарный сын хуже
чужого: это преступник, ибо
сын не имеет права быть
равнодушным к матери…

Законный поцелуй никогда не может сравниться с поцелуем украдкой.

Если мы, женщины, чего-нибудь не знаем, то почти всегда догадываемся)

В стране горбатых приходится или быть горбуном, или по крайней мере казаться им.

Сплетня служит утешением для женщин, которых более не любят и за которыми более не ухаживают.