Это самое сложное чувство:
Отрицая — не отрицать,
Заполняя пространство и время,
Делать вид… а в итоге — скучать.
Это самая горькая правда,
Это сама сладкая ложь,
Что уходишь решительно, гордо
И обратно уже не прийдешь…
Это форма самозащиты
Облекать в безразчье любовь,
Когда мы обоюдно убиты
За окном нескончаемый дождь…

Я вывернула перед тобой свою душу наизнанку. Достала тебе оттуда всё, что у меня было хорошего, доброго, светлого. Ты брал и брал, не наполняя меня в ответ ничем. И вот теперь, когда я хочу вытряхнуть хоть что-нибудь из неё, понимаю, что там нет ничего больше- пусто. Где моя нежность? Казалось, её там тонны, но я всю подарила тебе. Где моя любовь? Она так сильно горела у меня внутри, и я думала- это пламя никогда не погаснет. А теперь лишь пепел, холод и темнота. Я выгорела. Моё сердце, такое горячее и большое, остыло и скукожилось в маленький измученный комочек. Мне не больно, нет. Мне холодно и пусто. Я бы очень хотела отдавать тебе себя, как раньше, но только меня тоже больше нет. Нет того светлого, тёплого и радостного человека, которым я была когда-то. Есть лишь оболочка, в которой гуляет промозглый ветер, постоянно идут дожди. Я бы грела тебя и дальше, честно! Только греть мне тебя больше нечем…

Однажды, обнаженная душа молила о любви.
А рядом с нею, чуть дыша, стояло Эго.
Шептало: — Глупая, ты лучше не проси,
Страдания найдешь. Ты хочешь это?

Душа твердила: — Боже! Всё приму!
Лишь раз позволь узнать любовь поближе.
За всё тебе сторИцей отслужу,
Услышь меня, пожалуйста, Всевышний!

Услышал Бог! И дал изведать муку:
Любить, страдать, скитаться, жить в тоске.
Смеялось Эго: — Вот тебе наука,
Зачем просила, теперь живи как все.

Я нашедшую любовь,
Давно похоронила.
Сколько радости цветов,
Я взять себе забыла.
А теперь я не живу,
Лишь я существую.
По частичке соберу,
Но не претендую.

О, встречи,
непохожие на те,
что навсегда, до гроба
и навечно…
Не будет фотографий подвенечных
и двух имен
на мраморной плите.

Но, черт возьми,
какая суета
охватывает сломанную душу,
когда уходит,
догрызая грушу,
желанная
… показать весь текст …

Как правильно — пролистывать страницы,
оставив смысл жизни на потом:
Сценарий, где тебе едва за тридцать
и книжный шёпот вызывает стон.

От губ твоих оторванное детство
взмывает вверх, над истиной кружа.
Повелевая прошлому раздеться,
как только я решаюсь сделать шаг

назад, за перспективу покаяний.
Сквозь миражи убитых и живых.
В забег последней памяти. Но я
уже не прыгну выше головы.
… показать весь текст …

Поспешно перевёрнута страница,
Поделены и вещи, и друзья.
Я пью вино, а хочется напиться,
Но гордость утверждает, что нельзя.

Извилистые пыльные дороги
Вели не в Рим, а к глупому концу.
И кажется, что еле держат ноги,
Да только падать как-то не к лицу.

И я стою… Напутствия излишни,
Ведь каждый шаг — как будто по ножу.
Да будет мне свидетелем Всевышний:
Держусь сама, но больше не держу.
… показать весь текст …

Моя соперница, о чем тебе сказать?
Ведь мы с тобой теперь одно и тоже —
Прикосновенье к воздуху и коже
И поцелуй в закрытые глаза.

Ты — ожиданье, я — покой и свет,
Но разве в этом камень преткновенья?
Мы неразлучны — вечность и мгновенье,
Дневной рассудок, полуночный бред.
..
Стекут огни с листа календаря,
В окне родится Питер, хмарь и утро,
И нам покроет щеки белой пудрой
Холодная осенняя заря…
… показать весь текст …

Ее хоронили ночью, под грохот грома. Никто не сказал речей, не заплакал молча. Без скорбной толпы из родных и едва знакомых. Один на один, на задворках дождливой ночи.

Ее хоронили быстро и воровато, брезгливо и грубо с её обращаясь телом. В том платье, в котором была хороша когда-то. Заляпанном грязью и бывшим когда-то белым.

Ее схоронив, ей никто не поставил камня. Никто не принёс ни цветов, ни венков, ни свечек. О ней постарались стереть моментально память, но память болела и знала, что будет вечной.

На этом погосте, где ей не бывать последней, о ней говорил только свежий неровный холмик, но скоро он скрылся под палой листвой осенней.

Мечты никогда не хоронятся по-другому.

Сердца моего осколок остался у тебя в руках,
Стоишь, глядишь, не знаешь, что с ним делать.
Я так надеялась, поймёшь меня. Летала в облаках,
Не дождалась и окончательно с катушек я слетела.

Ты мог частицу эту как ненужную вернуть,
Я собрала бы своё сердце воедино.
Ты ж предпочёл ее подальше отшвырнуть,
В душе моей боль поселилась нестерпимая.