Юрий Татаркин

Попытался как-то достигнуть идеала. Куда там. Идеал тоже на месте не стоит.

По независящим от меня причинам я полностью завишу от следствий этих причин.

Мало знать правила хорошего тона. Надо ещё уметь их тактично обходить.

Люблю ходить куда попало. Но попадаю не всегда.

Хорошие отношения отлично поддерживаются на расстоянии. Видимо, километры как-то влияют на усиление симпатии.

Любопытство, подогреваемое отказом отвечать на вопросы, быстро достигает точки кипения.

В мире полно хороших и отзывчивых людей. Но они так умело прячутся, что когда надо — никого не дозовёшься.

Не стоит беспокоиться о всякой чепухе. Если что её подруга ерунда выручит.

Иногда только начнёшь жизнь с чистого листа и тут же на радостях чернильницу опрокинешь.

Деньги украшают человека чуть меньше, чем скромность.
Зато деньгами похвастаться можно.

В глубине души все люди хороши. Но на мелководье души чёрте-что творится.

Смысл жизни я успел не только найти, но благополучно потерять. За ненадобностью.

Лучший способ похудеть — это есть то, что невкусно. Песок, например. Его много не съешь.

Единственное, к чему не может привыкнуть человек, — это к отсутствию объектов и субъектов для привыкания.

Настоящая свобода — это когда ты даже на задумываешься о том, насколько ты свободен. Потому тому что для подобных размышлений у тебя нет причин.

Можно ли фразу «Ты дурак?» считать вопросительным ответом?

В поисках оправдания под руку частенько попадаются обвинения.

Если у тебя настроение — лучше некуда, то никуда с таким настроением не ходи. Особенно на работу. Именно там такое чудное настроение обязательно кто-нибудь как-нибудь чем-нибудь испортит. Поэтому закрой дверь на все замки, подопри её шкафом, залезь в тумбочку и там тихонько наслаждайся.

Тишина без людей — простое отсутствие звуков. А вот тишина в присутствии людей — это тишина, армированная молчанием, которое усилено сумбуром мыслей.

Жена ушла жить к соседу. Какое наслаждение теперь по вечерам с холодной бутылкой пива в руке сидеть, прижавшись ухом к стене, и наслаждаться шумом скандала. И думать сладострастно при этом: «А ведь на его месте мог быть я…».