Валентин Гафт

Он жил с азартом дуэлянта,
Бесстрашно дрался с палачом.
В нем мудрость Пушкина и Данте
И шпагой были, и мечом.
Он не сгибал пред властью спину,
Для них он был страшней чумы,
Он не вернулся блудным сыном,
Он был отцом, блудили мы.
И мы, как прежде, виноваты,
Что честным стал считаться вор.
«Нет, все не так, не так, ребята», —
Хрипит Володя до сих пор.
Восстань, «Таганка», стань примером,
Не дай опошлить новый век.
… показать весь текст …

О, детство! Как в нем удается,
Младенцем глядя из гнезда,
Увидеть то, что остается
Навечно в сердце, навсегда.
Казалось, что весь мир был рядом,
А утром, вечером и днем
Небесный свет менял наряды
Всему, что было за окном.
Там за окном был лучший театр,
Пылал заката алый бант
И заряжался конденсатор,
Чтоб током напоить талант.
От срока стертый, побелевший
Тот озаренный детский взгляд
… показать весь текст …

Ласкала камень синяя волна.
Как удержать ее он ни старался,
Она ему шептала: «Не вольна,
Мой Океан опять разволновался».
* * *
Ты с ума сошел, прибой?
На кого пошел ты в бой?
На свою подругу сушу?
На ее земную душу?

Уже от мыслей никуда не деться.

Пей или спи, смотри или читай,

Всё чаще вспоминается мне детства

Зефирно-шоколадный рай.

Ремень отца свистел над ухом пряжкой,

Глушила мать штормящий океан,

Вскипевших глаз белесые барашки,
… показать весь текст …

Всех породило яйцо,
Мы вышли из его пеленок —
Кто с человеческим лицом,
А кто-то с клювом, как цыпленок.
Так начинался маскарад,
Как ловко кто-то всё придумал!
И на скорлупочный наряд
Надел и маски, и костюмы.
Кто первым был, в конце концов,
Яйцо иль курица, — неважно,
И хрупким было то яйцо,
И курица была отважной.
И гладок был яйца овал
И силуэт безукоризнен,
… показать весь текст …

Мы — лишь тoчки миpoздaнья, чья-тo тoнкaя peзьбa,
Наш pacцвeт и угacaньe нaзывaeтcя — cудьбa.
Мы в лицo дpуг дpугу дышим, бьют чacы в пoлнoчный чac,
А нaд нaми ктo-тo cвышe вce дaвнo peшил зa нac.

«Есть актёры понятные, как холодильник, — от них есть польза, но нет тепла. И загадки в таких актёрах нет: их включают — они работают. А есть иные — неясные, как день или как ночь. Но ты вдруг понимаешь, что не наблюдаешь за ними, а живёшь в том мире, который они создают.»

Я тебя своей любовью
Утомил, меня прости.
Я расплачиваюсь кровью,
Тяжкий крест устал нести.
Кровь — не жир, не масло — краска,
Смоется, как акварель,
Станет белою повязка,
Станет чистою постель.
И не станет лжи и блажи,
Всё исчезнет без следа,
Смоет красные пейзажи
Равнодушная вода.

Народный РСФСР
Настолько глуп, настолько сер,
Что даже страшно за народ,
Который звания дает.

Лети, стрела! Прощай! Разлука!
Убийство — прямо на глазах.
Всё — нет натянутого лука,
Лишь тетива в моих руках.