Валентин Гафт

Кот мой свернулся калачиком,
Глазки блеснули во тьме,
Это работают — датчики
Где-то в кошачьем уме.

Ушки стоят — как локаторы,
Слушают тайную тьму,
Все, что в его трансформаторе,
Он не отдаст никому!

О, это многолетье!
Когда устану жить,
Вместо меня на свете
Часы будут ходить.

Но если вдруг устанут,
Задремлют на ходу,
Я к ним вернусь на землю
И снова заведу!

Я сяду в домик на колесах,
Пусть называется вагон,
Не вытирай, подруга, слезы,
Я с детства в поезд был влюблен.
Купе — не хуже, чем квартира,
Постели, лампочка, вода,
В вагоне даже два сортира,
Но только очередь туда.
Там есть вагоны-рестораны,
Поесть там можно и попить,
И есть там красные стоп-краны,
Но ручку лучше не крутить.
Дождаться надо остановки,
Послать вагон ко всем чертям,
… показать весь текст …

Есть у крота один секрет,
Известный лишь ему,
Он вечно ищет свет,
Предпочитая тьму.

Власть — трудная профессия. Там ошибки и неправильные решения приравниваются к ошибкам хирурга, который делает сложнейшую операцию.

Если человек выбрал не ту профессию, это понимают все вокруг, кроме него самого. Очень тяжело иметь дело с теми, кто пошёл по ложному пути. А ведь они требуют, они недовольны, начинают всех ненавидеть и становятся несчастными на всю жизнь.

Платок потерян и браслет,
Нет Дездемоны, Нины нет,
Сошел с ума Арбенин, и Отелло
Кинжалом острым грудь себе рассек.
Несовершенен человек,
Хоть Ум есть, и Душа, и Тело,
И есть Язык, и Слово есть,
И, к сожалению, возможно
Попрать Достоинство и Честь
И Правду перепутать с Ложью.

.
Начала не было и не было конца,
Непостижимо это семя,
Меняет на скаку гонца
Эйнштейном тронутое Время.

Конь Времени неудержим,
Но гениальные маразмы
Еще заигрывают с ним,
Катаясь в саночках из плазмы.

Но наберут ли Высоту
Качели нобелевской славы?
Качнувшись «влево на лету»,
… показать весь текст …

Голова седая на подушке.
Держит тонкокожая рука
Красный томик «Александр Пушкин».
С ней он и сейчас наверняка.
С ней он никогда не расставался,
Самый лучший — первый кавалер,
В ней он оживал, когда читался
После репетиций и премьер.
Приходил задумчивый и странный,
Шляпу сняв с курчавой головы.
Вас всегда здесь ждали, Александр,
Жили потому, что были Вы.
О, многострадальная Фаина,
Дорогой захлопнутый рояль.
… показать весь текст …

Я видел на коре лицо пророка.
Сверкнула молния, и началась гроза,
Сквозь дождь смотрели на меня глаза,
И тарахтела наверху сорока.
Вдруг занавес ветвей лицо его закрыл,
Горячим лбом я дерева коснулся,
И он шепнул мне: «Думаешь, ты жил?
Ты просто плохо спал и, наконец, проснулся».