Вадим Шефнер, будто отвечая на вечные споры:"— Хорош-то хорош, да со мною несхож, В кого он горбатый, бедняжка?"
В степи расположен верблюжий завод.
Строения, изгородь, поле.
Двугорбый верблюд-бактриан у ворот
Стоит кораблём на приколе.
Он важен. Не конь он, не мул, не ишак —
В пустыне, во время движенья,
Он сам себе двигатель, бог и завмаг
И сам себе база снабженья!
Но нет ни стеклянных, ни водных зеркал
Красе отразиться верблюжьей —
Давно он, бедняга, себя не видал
Ни в море, ни в речке, ни в луже.
«Мать моя — Евгения Владимировна Шефнер — дочь вице-адмирала Владимира Владимировича фон-Линдестрема, Отец мой — Сергей Алексеевич Шефнер — пехотный подполковник; отец его Алексей Карлович Шефнер — был военным моряком. Он оставил России добрую память о себе: во Владивостоке есть улица Капитана Шефнера, а возле дальневосточного порта Находки — мыс Шефнера.»
Вначале – цитата из пособия для аналитиков Купера, потом В.Шефнер – "Отступление от Вуотты", кусочек его автобиографии.
«Лягушка, попавшая в кастрюлю с холодной водой на плите, не осознает, насколько убийственно повышение температуры. Напротив, тепло притупляет чувства лягушки. Подобно лягушке, я не осознавал медленного марша моих фотокамер (речь идёт о модернизации фотокамер) от простого к сложному по мере их компьютеризации. Все мы переживаем точно такое же, медленное, анестезирующее вторжение компьютерного поведения в нашу повседневную жизнь.» -А.Купер.
Вадим Шефнер
«Отступление от Вуотты,
Полыхающие дома…
Алан Купер.
Психбольница в руках пациентов.
Почему высокие технологии сводят нас с ума
и как восстановить душевное равновесие.
Нет, ночи с тобою мне даже не снятся, —
Мне б только с тобою на карточке сняться,
Мне б только пройти бы с тобою весною
Лазоревым лугом, тропою лесною.
С тобой не мечтаю я утром проснуться, —
Мне б только руки твоей тихо коснуться,
Спросить: дорогая! скажи мне на милость,
Спалось ли спокойно и снов ли не снилось?
Спросить: дорогая! за окнами ели
Не слишком ли за полночь долго шумели,
Не слишком ли часто автомобили
На дальнем шоссе понапрасну трубили?..
Я давно заметил, что если происходит какая-то большая неприятность, то мелкие неприятности расступаются перед ней, добровольно уступают дорогу. Потом они еще возьмут свое.
О фаянс, белизной ослепляющий взор,
на тебя я с волненьем гляжу!
За тебя я с улыбкой пойду на костер,
о тебе свои песни сложу!
Пусть другие впадают в лирический транс,
наблюдая сверкание льдин, —
Я же знаю одно: санитарный фаянс
человечеству необходим!
иногда жизнь заставляет делать плохое. все люди делают плохие поступки. но двух вещей делать никогда нельзя: поднимать руку на женщину и изменять своему отечеству
Путь капли по стеклу и путь огня в лесу,
Путь падающих звезд в душе своей несу,
Путь горного ручья, бегущего к реке,
И тихий путь слезы, скользящей по щеке.
Путь пули и пчелы несу в душе своей,
Пути ушедших лет, пути грядущих дней;
Шаги чужих невзгод и радостей чужих
Вплетаются в мой шаг, и не уйти от них.
Пусть тысячи путей вторгаются в мой путь,
Но если бы я смог минувшее вернуть, —
Его б я выбрал вновь — неверный, непрямой:
Он мой последний путь и первопуток мой.
Знаете, жена моя в шутку иногда называет меня Творителем. Можете и вы именовать меня так, если это вас устраивает.
Мне понравилось это наименование. Только я не знал, как его употреблять: с «товарищем» или с «гражданином».С одной стороны, Творитель был вроде бы буржуем-ведь он лично аладел подземным дворцом. Но, с другой стороны, он не извлекал из этого дворца доходов и не держал прислуги. К тому же он не приобрел этот дворец на нетрудовые доходы, а создал его своим личным трудом, без эксплуатации наемной рабсилы. Выходит, он был кустарем-одиночкой и вреда никому не приносил. Но, с другой стороны, он и пользы никому не приносил, а в прошлом, если смело смотреть в лицо фактам, был дезертиром.. Поэтому я решил, что товарищем его называть не стоит, а в дальнейшем стал обращаться к нему так: гражданин Творец.