Татьяна Золотаренко

Гнев, ненависть и зависть — самые разрушительные энергии в человеке. И прежде всего, разрушают они того, кто их испытывает! Оставляя их в себе, развивая и лелея, человек ничего так не разрушает, как собственный внутренний мир, свою душу, а вместе с тем и свою жизнь!
© Мадлен Эссе

«В фильме акцентируется внимание на том, как высоко ценит человек деньги и как низко опускает чувства, надежно припрятывая их под шелестящие и дорогостоящие бумаги. Ведь тема „любовь и деньги“ своей актуальности не изменила за столько лет!
Кто он — Великий Гэтсби? Человек с огромным сердцем, рыцарской честью и самоотверженной душой? Всего, чего он хотел — быть счастливым. Все к чему он стремился — к любви своей женщины. Любви, давно уничтоженной и униженной человеческой алчностью. Ведь без достойного положения в обществе мужчине запрещено жениться на даме из высшего света…»

«…Когда люди влюблены, но от отчаяния и неосведомленности пытаются то порадовать друг друга, то, напротив, разгневать, вызывая на дуэль ревность и дерзость с одной стороны, а любовь и отчаяние — с другой. Когда их души переполняют чувства и робость. Когда мужчина ощущает рядом с женщиной свою слабость, а она, напротив, становится сильнее его. Когда они так желают быть вместе, но неверие… обыкновенное неверие в реальность их мечты убивает их отчаянные порывы…»

© Каролина Диакометти. роман М. Эссе «Обрученные Венецией»

Человек таким был всегда, во всей истории своего существования, — ему хочется брать, ничего не вложив. Ему хочется иметь, ничего не сделав. Ему хочется наслаждаться, не испытав нужды.
Но при этом, Законы Вселенной требуют иного — получил что-то, поблагодари и заплати, не заплатил — украл, украл — получи отработку кармы (или искупление греха) за проступок.

Мадлен Эссе

Будто вырвали душу, оторвали кусочек от сердца —
Расставаясь, как будто мы с тобою теряем себя!
И болезненный крик «мы опять сегодня не вместе!»
Словно режет внутри и немного сводит с ума.

Эта боль утихает, превратившись только в привычку,
Когда к ней мы относимся, словно к части себя,
Мы обманом души заключаем разлуку в кавычки,
Жаждем мы сократить ее время день ото дня.

И в лету за неделей промчится еще один месяц,
Каждый миг вторя имя родное под каменный звук.
Этот стук — лишь глухое биен…
… показать весь текст …

- Я никогда не выйду замуж из безвыходности, — даже с некоторой раздраженностью произнесла Каролина, — прошу тебя это уяснить раз и навсегда! Единственное, что может вдохновить меня на этот шаг, — это любовь.
- Мужчины не способны на чувства, синьорина. Ими движет лишь похоть и властность. А ваши речи столь безнравственны, что вас может осудить общество и наказать Господь.
-Что же у нас за общество, если оно создало правила, по которым любовь — это аморально и безнравственно? Не учит ли нас Библия любви друг к другу? — спросила Каролина голосом, в котором слышалось возмущение и ужас. — Не говорится ли в ней о том, что блажен муж молитвами жены его? А какой будет молитва жены, в которой отсутствует истинная любовь? Палома, ведь в твоей жизни не было мужчины, к которому ты бы могла испытывать чувства. Иначе твои уста никогда бы не вымолвили ничего подобного.

© Каролина Диакометти и Палома Доньо о любви и нравственности.

«Нежелание верить… С чем это можно отождествить? В этот самый момент в разуме синьорины сама по себе провелась параллель ее неверия с чувством любви, которое большинство людей знатного мира воспринимают скептической улыбкой, словно вымышленной сказкой для наивных мечтателей о счастье. Но ведь она, Каролина, всем сердцем верит в существование любви между мужчиной и женщиной! Стало быть, если что-то является невидимым глазу, то совершенно не означает, что этого „что-то“ не существует.»

Каролина Диакометти © Мадлен Эссе «Обрученные Венецией»

— Творческий человек всегда блудит! — убеждал ее Вадим, до дна сердца доставая своим вожделенным взглядом. — Нередко в мыслях. Но он всегда испытывает страсть! Он нуждается в страсти. И если ее не удовлетворить, арт-душа зачахнет. Твоя героиня — художница, и она это прекрасно понимает.
— Неправда, — воевала Аня. — Если страсть лишь телесна, то она имеет малое отношение к творчеству и самовыражению. Здесь должна быть чувственность души в образе порхающего вдохновения, стремления к полету ввысь.