Равиль

Я почти до утра все лежал и не спал. Крутился, ворочился, сердце болело. Я пил минералку, глаза закрывал. Но сноведение видно вновь пролетело. Я просто прищурился, стал вспоминать. Какие края неземны красотою. Подумал, ведь Чайка хотела читать. Про чуда восточные. А что ж там такое? И вот мне подумалось: есть же места. Места что пронизаны тайной покрытой. Север Китая, в горах есть страна. Заоблачный мир богами сокрытый. Там набожный люд медитации духа. Хранят в храмах то. что нельзя знать пока…
… показать весь текст …

На горной вершине белые розы.

Открыли свои лепестки.

Их не пугали ветра и морозы.

К солнцу тянулись они.

Зима удивилась такому стремлению.

Не стала морозами бить.

Она оградила снегами своими.
… показать весь текст …

По образу да по подобию мужчина создавался. Был уникален — в этом спору нет. Но то, как он в процессе развивался. Вина наверное на женщинах; там в временах седых есть их упущенный момент… Коли на прав, прошу вас, оппонируйте. Приму все точки зрения как есть. Но без эмоций попрошу. не фонтанируйте. Давайте обсуждать где упущение здесь.

Стая голубей над городом кружила. Внизу на площади центральной у кафе. Сидела бабушка и хлеб крошила. Для птицы что сидела в стороне. Тут стая голубей, спустилась с неба. И прогнала ту птицу, чтоб корм клевать. А птица та расскрыла крылья. И улетела морские глади покорять. Она летала над волнами, крик полета. Ее был слышен даже через шум волны. Она парила, наслаждаясь и вот уж на излете. Решила к площади вернуться, где корм клевали голуби. И в тот момент она была прекрасна. Ее размах крыла, и как она парит. Как бы понять давала голубям, что те напрасно. Ее прогнали. Им моря не видать. Им среди камня жить. Красива птица что живет у моря. Как ангел белый в облаках. Над водами парит, свободна, на просторе. Несет надежды на своих крылах.

Я чувствую, что сам я сторонюсь любви. Не знаю почему, но где-то в подсознании. Сидит, свербит, кричит: опомнись, и глаза протри. Не хватит сил поднять любовь, лишь больно сделаешь любимому созданию. Остановись, уйди, забудь; она поймет, простит. — Ее года лишь только начинают путь. Она найдет свою любовь, что охранит. В душе борьба и мое сердце плачет. За отблески надежды цепляется моя любовь. Я закрываюся в ночи, и вопрошаю бога. В ожидании, — что скажет. Услышать крик души, иль сердца плач и …
… показать весь текст …

А я ведь знал, не верил и все же ждал. Едва осенние хлада студенным ветром пронесутся. Наступит летнего пожара пепельный финал. Разлучные слова с любимых уст произнесутся. Я ждал, и знал, не верил что вот так. В порыве бытовых раздоров кинут мне слова такие. Я понимаю когда в душе от боли наступает мрак. Быть должен рядом любит кто, а вышло так -лишь люди злые. Тут есть моя вина. упорством пренебрег. И согласился на короткий миг свиданий. Пустил стезю любви на самотек. И медлил с оглашением признаний. Не баловал вниманием, хотя я о любви кричал. Не исполнял тех мелких просьб, о чем просили. И вот слова разлучные звучат. И душу рвут и сердце болью… заполонили.

Ночь. огни. в окна смотрят мои. Там… в дали. спит она, видит сны. Ночь… не сплю… думы только о ней. В снах… о чем… о ком, тогда образ чей? Ночь… огни. звезд в высоте, вдали. Я… не сплю… я в грезах на яву. Ночь… огни. в окна смотрят мои. Горят… они…напоминая ее глаз слезу.

Накануне я в трамвай, в кои веки, сел. И от скуки в перестуке колес в окно глядел. Народу ехало немного: шесть стариков да я. Кондукторша была конечно, ну очень сонная. Трамвай в той части града ехал; где частные дома. Им по сто лет, они невзрачны; снесут их, на дрова. И по сему видать высотки на месте их взлетят. И станет город мой все краше, порадует взгляд. А в общем-то в года вот эти. Мой град красивей .стал. Вот только плохо нашим детям: нет производств начал. Все предприятия в разрухе, и в том рука властей. И врут по ящику что блага, и все-все для людей. Ну это ладно: бог даст — будет; и все наладиться. И будет людям где работать, и где расслабиться. Я на трамвае ехал-думал под перестук колес. Конечная, и тут я вижу, что не туда привез… Зато я прокатился, видел, как город мой растет. Где были пустыри, сараи. Домов красивых взлет. И колесо для обозрения и я билет купил. Как птах на нем я взмыл на небо, полет тревоги смыл.

Солнце в закате. волн перекаты.На берег песчанный бегут. У кромки воды, не боявшись волны. Птицы сидели в кругу. Не далеко. на фонарь у буйков. Голубь уставший присел. Увидел он птицу белым крылом. И долго на нее он смотрел. Ветра порывы, подули под крылы. И ввысь та птица ушла. Голубь за нею, хоть крылья немеют. Но воспылала душа. Странная пара, в свете заката. Парила, касаясь волны. Две разные птицы, что в ввыси стремиться. Кружили в танце любви. Птица морская пела о волнах. Свободе и высоте. Голубь ей пел о земле пищи полной. Теплые крыши везде. Странная пара пела другу. Места воспевала свои. И уходила на край горизонта. В закат, в небо любви…

Наверное забыли, и вспоминать не хочется. Не верим, не приемлем разные пророчества. Привыкли и желаем что мир есть навсегда. Но хоть разок в столетие вторгается война. И хорошо б такая, как говорят в словах. Лишь бы не вздымались земли на глазах. Лишь бы кровь от крови рядышком и в здравии. И чтоб Отчизна наша сияла в мироздании.