Полынь

Стоим с трехлетней племянницей на остановке. Она кричит в открытую дверь стоящего рядом автобуса: «Закройте дверь, мне холодно!» Пассажиры очень веселились.

Наш офис — на первом этаже жилого дома. Этажом выше любят днем заниматься любовью, причем женщина делает это ну очень громко! Перед посетителями нам неловко. Бросили в их почтовый ящик бумажку с одностишием Вишневского «Не так я вас любил, как вы стонали…». Теперь — тишина.

Кто громче всех кричит «Побежали!» — редко бежит первым.

Случайно услышала разговор двух старушек:
— Операцию-то мне сделали на один глаз, так он вовсе видеть перестал…
— Ох, и как же ты теперь?
— А что сделаешь? Так буду жить…
О наши многотерпеливые мужественные старики!

— Долго возился с ключом, заело что-то в замке. И вот получилось наконец! Тут бы и радоваться! Так нет — хозяева дома оказались!

Сколько их наберется — тех минут (ну, часов… ну, дней) безоговорочного счастья, не омраченного ничем? А вот спроси нас: согласны ли мы променять на них всю жизнь? Думаю, немногие согласятся. Остальная-то жизнь — тоже ничего…

Лучший способ заставить вспоминать о себе — взять денег в долг. И не отдавать!

Я погляжу в сияние зеркал:
В них луч последним отблеском упал…
Увижу там чужое отражение,
И вдруг душа очнется от смирения,
И гневно дрогнет сердце: не хочу
Довериться последнему лучу!

Ура, завтра на работу! Отдохну хоть…

Каждая девушка восьмидесятых знала, что такое рейсфедер, а многие до сих пор их хранят и регулярно пользуются.