Расшитая глазурью ночь
Одела город мой в томление,
Вкушают где-то ром и скотч,
Теряя жизнь в одно мгновение;
Я выйду на угол избы —
Снести хотят, да тешит вечное.
Мы прогорели, мы — рабы.
Конечная?
Тогда сойдем. Но рядом будь.
Не обмани. Ранима жутко.
Ночь топчет и виски и грудь.
Без шуток.