Ольга Тиманова

Рассвет закапает лучами
на город мой мастеровой,
и распускается над нами
покой.

Россия — пламя и огонь,
В ней только ренегатам тесно.
Попробуй только пальцем тронь!
Не трогать — более полезно;

Дух сильных воинов — отцов,
Дедов награды — звезд прекрасней,
Здесь написал стихи Рубцов,
Крылов творил для люда басни.
… показать весь текст …

Мне пора бы тебя забыть
и мечтать я чуть меньше стала,
только хочется к звездам плыть…
Вот одна уже в море пала…

Я привыкла желать любви,
Жду, ловлю в каждой новой встрече,
как сказал бы Экзюпери:
«Внутри нас царство человечье»

Я пластинку кручу опять:
Далида растеклась по залу…
О тебе буду я мечтать,
без тебя, правда, я устала…

Когда-то через призрачность годов
Ты мой увидишь облик в обрамление
Любви и нежности, цветении цветов,
И пожалеешь в это же мгновенье.

Зажав дыханье в худенькой руке,
Пройдешь и сядешь за столом напротив,
Застынет прошлое в протопленном кафе…
Ворвется в кровь болезнью, как наркотик.

Я не подам и вида. Мне видней.
Сыграю роль на «браво». Чище сцена!
Глаза твои печальней и теплей.
Моя любовь, увы, теперь-бесценна.
… показать весь текст …

…и хочется не жалеть, нисколько.
У нее слишком сильное эго,
взять бы в руки себя-только, только,
и в небо!

Просидеть, зачитавшись Мольером,
в старом кресле с ободранным боком,
Но за каждым нежданным шедевром —
одиноко;

У нее все в порядке с телом,
и владеет испанским отлично,
только что-то уже надоело.
Обычно…
… показать весь текст …

Цветет июнь, сирень цветет,
и очень хочется клубники.
а он обратно не придет,
Непостоянный, многоликий;

Он очень любит тишину,
лаванды запах,
капучино.
а я плечом прижмусь к окну,
уставившись в небес пучину;

Переберу все оправданья,
и стопы книг переберу.
он ненавидит обещанья,
… показать весь текст …

У неба глаза твои,
У птиц голос твой нежнейший,
О, сколько в тебе любви,
Красивейшая из женщин.
Усталая спишь в углу
Тахты, привезенной с дачи,
Я сильно тебя люблю,
Скажу, как ты много значишь!
Есть боль убежавших лет,
Лихая тоска, потери…
Ты — в окнах родной рассвет,
Молюсь на тебя и верю.

Будь только такой простой:
… показать весь текст …

Мужчина, выжегший огнем
В моей душе татуировку.
Любовь и жалость — все при нем.
Воровка…

Я своровала эту жизнь.
В него влилась тягучей лавой,
Моя душа, молю, держись.
Я на тебя найду управу!

Я за узды тебя возьму,
И заточу тебя в темницу,
На сердце выжжено: «Люблю!»,
А мне приходится мириться…
… показать весь текст …

Когда я стану молодой.
То снова огорчусь,
что поздно
я научилась быть собой,
без слез смотреть на мир
и звезды;

Без ожиданий горемычных
любить и позволять желать.
Я обещала быть обычной.
Не удивляться-удивлять.
Ходить, осколками играя
Мужских разбитых вдрызг сердец.
Когда я стану молодою…
… показать весь текст …

Седые волосы и фрак, он джентльмен и не иначе,
не франт, не деспот, не маньяк.
Влюбленный в пятьдесят.
Он — мальчик.

И не надеясь ни на что,
ее он ждет у старых сосен.
Она — царица, божество,
а он печален и несносен;
Он, как юнец, нарвал цветов,
и держит их,
угрюм и вспыльчив.
Вот и нахлынула любовь,
как мир несправедлив, придирчив.
… показать весь текст …

Как говорил Иосиф Бродский,
А впрочем, он не говорил,
Живем мы все по-идиотски…
Среди монет и средь чернил;

Среди домов по ипотеке,
Среди некормленых бомжей,
нет больше нас в библиотеке.
Все больше денег и вещей…

Как бы сказал Иосиф Бродский,
А впрочем, он бы не сказал,
За макарошечки по-флотски
Я пол бы мира обскакал,
… показать весь текст …