Олег Рой

Ей всегда казалось, что, самый глупый вопрос на свете — это «за что ты его (её) любишь? «Как будто обязательно нужна причина. А ведь она любила просто так…

…Главная ирония жизни в том, что она абсолютно непредсказуема. Непредсказуема с начала и до конца. Ты ни за что не узнаешь, что она решит сотворить с тобой в следующую секунду: подкинет ли неожиданно счастливый случай или отберет последний шанс… Будет ли она короткой, но яркой, сияющей вспышкой, или обернется длинным, но невероятно тяжелым и даже мучительным марафоном… И нет ни малейшего смысла пытаться предугадать и спланировать её повороты — все, что мы можем сделать — это с благодарностью принять и прожить её такой, какая она есть…

Каждому человеку в большей или меньшей мере присущ этот «синдром шкафа» — навязчивое желание спрятаться от проблем и волнений жизни в узкой, но кажущейся безопасной конуре привычек, предрассудков, стереотипных мыслей, повторяющихся и утративших смысл действий.

Как это часто бывает: душа болит от прежних разочарований, разум предупреждает о новых ошибках, а сердце все равно жаждет любви.

Я люблю ночь. Это мое время. В это время город словно пустеет. Ни машин, ни людей. Ни мельтешни прохожих. Тишина и покой. Я надеваю наушники, слегка сдвинув их так, чтобы слышать звуки извне, нахожу подходящую музыку и отправляюсь в путешествие.

Не стоит жить в постоянном страхе, потерять любимого человека-надо добиться того, чтобы он боялся потерять тебя.

Найди свою мечту и, вот увидишь — она изменит всю твою жизнь, наполнив её куда бОльшим смыслом!

То, что женщина некоторое время ничего не говорит, обозначает, как правило, одно — она злится. Скорее всего, на мужчину, который рядом.

Хорошо, что чувства и мысли живут внутри нас, иначе, если бы они, подобно слугам, окружили в этот волнительный момент, между ними начался бы спор, причем не на жизнь, а на смерть. Гордость вызвала бы на дуэль смятение, разум сразился бы с сердцем, честь с самоотверженностью. Секундантом в этом поединке выступила бы, конечно же, Любовь.

Надо быть счастливым сейчас. Даже, если это ''сейчас '' долго не продлится.