Наташа Воронцова

Как хорошо лежать, когда другие пашут,
Понежиться в кроватке, помечтать,
Следить, как по гардинам солнце пляшет…
Пять тридцать, мать, пора уже вставать!

И падая, падая с высоты,
Кажется было про пьедестал?
Я лихо стираю твои черты,
Того, кто опорою мне не стал.
Я душу кромсаю, кручу жгуты,
Пытаюсь от прошлого оградиться,
Я помню, я знаю, что это не ты
Поможешь в падении не разбиться.

Все были рады,
Но счастлив — никто.
Была им наградой,
Но крепко вино.
А после усталость —
Больна голова,
Но что-то осталось
У них от меня.
Наверное сила,
Возможно печаль.
Я с ними простилась
И мне их не жаль.

и души моей извечное сиротство
станет преткновеньем для тебя,
ты же с дерзновеньем первоходца
мчишь во весь опор, но лишь любя
сможешь приручить, пока же, милый,
за любовь ты принимаешь страсть,
ты не душ слиянья жаждешь, силы,
страсть предполагает только власть.

А ведь мы с тобой играем
В расставание опять,
И прощаясь, оба знаем,
Нашу связь не разорвать.

Можно сколько угодно верить в чудо, собственную исключительность, но сидя на месте и не прилагая усилий, ничего не добиться. Ни модные ныне аффирмации, ни новоявленные гуру не помогут стать успешным и счастливым, только намеченная цель и труд на пределе возможностей приближают к исполнению загаданного.

Жизнь летит, не успеваешь
Дни рождения считать,
Как ни горько, понимаешь-
Что покинет тело стать.
Ох, безжалостно ты, время,
Всё исчезнет: пыл и страсть,
Жить старея, что за бремя?
Если жить, то только всласть!
Как близки, как ярки звёзды
В мириадах вечных дней!
Жизнь, оставь хотя бы грёзы
О бессмертности моей.

И с нежностью моей
Не справиться разлуке,
Она в стократ сильней
Тиши ночной и муки.
Коснусь твоей души
Нежданным дуновеньем,
Исчезнуть не спеши,
Останься вдохновеньем.