Наташа Воронцова

Выход из Полярной ночи, лень и апатия, приросшие три килограмма лишнего веса, спасибо тебе, оливье, живущий своей жизнью телефон, вроде не роняла, а чудит, стойкое ощущение потерянности, горький привкус сожалений о несбывшемся… И только надежда на скорую встречу с обещанным солнцем заставляет двигаться, пускай и наощупь, вперед.
Солнце все-таки выйдет. Обязательно. Я знаю.

Месяц доставал меня, болезный,
Брал своей любовью на измор,
Розы, шоколад, кабак помпезный,
Всё к ногам! Не видела в упор
Я в парнише этом перспективы,
Знала я, к чему меня ведёт —
В койку затащить хотел, блудливый,
Отказала, выставил мне счёт.
Трудно жить на свете сердобольным,
Надо было сразу посылать,
А тебе, дружок мой недовольный,
Дам совет — коль жалко, так не трать.

Сколько раз любила?
Всех не перечесть
В садике Данила,
Рвался в кашу влезть,
Колю в первом классе,
Косы оборвал,
В пятом, сильно, Васю,
Общий был пенал,
А в девятом Петю,
Редкостный нахал,
Клялся в дружбе Свете,
Мне стихи писал.
Позже, в универе,
Был один Сергей,
… показать весь текст …

Я не любила Вас. Нисколько.
Вы просто трепетом во мне
Отозвались и без умолку
Шептали что-то о весне.
Вы мне не нравились, но сердце
Упрямо помнило о Вас,
В душе звенели звуки скерцо,
И в предрассветный тихий час,
Когда заря ещё томится,
Но скоро вспыхнут Небеса,
Я так хотела с ними слиться
И вновь поверить в чудеса.
Вы мне не нравились, и точно-
Не с Вами связаны мечты,
… показать весь текст …

Не будил бы ты, дурень, лихо,
В чернозёмы бы сеял рожь,
В хуторочке бы было тихо,
На кого ты, безумный, прёшь?
Видишь, бьются большие дяди,
Ты решил, что ты равный им?
Воскресил всех чертей, а ради?
Сгинешь, дурень, среди руин.

У некоторых прямо таки любимая забава — проснутся с утра пораньше и давай расплёскивать содержимое своей мерзкой душонки во все стороны.

Нет ничего печальнее на свете, чем вечно недовольный всем мужик.

Я — осень, опавшие листья,
Оранжевый сполох в лесу,
Я — снег, что на солнце искрится,
Я — грома раскаты в грозу,
Я - память твоя и забвенье,
Несбывшийся поздний роман,
Я — вера твоя и сомненье,
Я - все победивший дурман.

Сумбурней стали сны, и мысли горячей, Предчувствие и зов непознанной любви,
И я ещё ничья, и ты ещё ничей,
Но искус заключил в объятия свои,
Борись с ним, не борись, а в теле звон и дрожь,
И словно сотни солнц сжигают изнутри,
И в каждой клетке — жизнь, ты чувствуешь? Идёшь.
Свернула б, да никак. Прошу, тебя, замри!

…сумятица, испуг… и есть ли путь иной?
а ты навстречу мчишь, я выдыхаю- мой…