Летишь, летишь, как мотылёк,
На свет тебя влекущий, понимая,
Что этот свет немыслимо далёк,
Но зову сердца искренне внимая,
Сомнений шёпот гонишь прочь
И рвёшь оковы горечи и страха,
Порой, чтобы осилить ночь,
Достаточно уверенного взмаха…

Что наша жизнь — мгновенье, вдох и выдох, полёт на свет из бездны мотылька, кружение песчинки в шлейфе звёздном, в Небесный океан спешащая река…

Не говори мне ничего. Я все забыла.
Я не хочу сегодня вспоминать,
Как я одна в пустой квартире выла,
Лежу ничком, и, кажется, — не встать…
Я не хочу, мне было слишком больно.
Иди уже скорей, милейший, прочь.
Забудь меня, пожалуйста, довольно!
Я еле выжила в ту прОклятую ночь…

Взрослею, и судить совсем не хочется, всё чаще хочется обнять, боясь погрязнуть в одиночестве, решила святость не искать.
Всё реже я являю стойкость, себе я позволяю слабой быть, да, я ранима, скрыта колкость, всё больше хочется любить.
Отбросив маски, не скрываю нежность и с щедростью немыслимой дарю, гнездится где-то в сердце безмятежность, и близится мой возраст к сентябрю.

Радостью упиваться
И танцевать под дождем,
Нового не бояться
И не жалеть ни о чем,
Верить и восхищаться
Миром, что Богом дан,
И наконец прощаться
С болью ненужных драм,
Сердце открыть надежде
Блага дары принять,
Чтобы гореть, как прежде,
И в темноте — сиять.

Как Вам живётся, моя дорогая,
Счастлив ли с Вами другой?
Или, как многих, смеясь и играя,
Щедро клеймили тоской?
Кто Вам ночами, любимая, снится,
Может ли статься, что я?
Кружите в памяти радужной птицей,
Но прикоснуться нельзя.
Сколько искал я, но так и не встретил
Ту, что затмила бы Вас,
Мысли о прошлом болезненней плети…
Больше не ждите, я — пас.