Максим Горький

«Страшно хорошо — быть рождённым с солнцем в крови!»

Люди гораздо более глупы, чем злы.

Воровство всегда будет.

«…его бурые усы, густые и длинные, то и дело вздрагивали, как у кота…
…пристально поглядывая на него, точно вспоминал что-то, крутил свои усы и все улыбался хмуро…
…у него сладострастно вздрагивали усы и в глазах разгорался огонек…
…сначала он говорил, посмеиваясь себе в усы…
…усы у него обвисли, правый бок, захлестанный волнами, был мокр, глаза ввалились и потеряли блеск…
…лицо у него было красно, усы лихо закручены кверху…
…прямой, сухой, хищный, зло оскалив зубы, смеялся дробным, едким смехом, и его усы нервно прыгали на угловатом, остром лице…»

— Ну, греби тише, чтобы вода не разговаривала.

— Брат! а простишь меня? Не хошь? а? -
— За что? Не за что! Сегодня ты меня, завтра я тебя…

Что бы люди ни делали, они… хотят удобно устроиться.

И, облаку заразному подобна, гнилая Пошлость, подлой Скуки дочь, со всех сторон ползет на Человека, окутывая едкой серой пылью и мозг его, и сердце, и глаза.
И Человек теряет сам себя, перерожденный слабостью своею в животное без Гордости и Мысли…

III
«Жили на земле в старину одни люди, непроходимые леса окружали с трех сторон таборы этих людей, а с четвертой — была степь. Были это веселые, сильные и смелые люди. И вот пришла однажды тяжелая пора: явились откуда-то иные племена и прогнали прежних в глубь леса. Там были болота и тьма, потому что лес был старый, и так густо переплелись его ветви, что сквозь них не видать было неба, и лучи солнца едва могли пробить себе дорогу до болот сквозь густую листву. Но когда его лучи падали на воду б…
… показать весь текст …

— К политической партии какой-нибудь принадлежите?
— Нет, я не занимаюсь политикой, — суховато ответил Самгин.
— Большая редкость в наши дни, когда как раз даже мальчики и девочки в политику вторглись, — тяжко вздохнув, сказал Бердников и продолжал комически скорбно: — Особенно девочек жалко, они совсем несъедобны стали, как, примерно, мармелад с уксусом.

«…В карете прошлого — никуда не уедешь…»

Мужчине женщина всегда вредна: когда она хороша, она возбуждает у других желание обладать ею, а мужа своего предает мукам ревности; когда она дурна, муж ее, завидуя другим, страдает от зависти; а если она не хороша и не дурна, мужчина делает ее прекрасной и, поняв, что он ошибся, вновь страдает через нее, эту женщину.

Последствия любви всегда одни и те же — Новый человек! Я говорю не о ребенке, а о людях, которые любят; ведь это чувство обновляет душу, делает людей иными, лучше, красивее…

Болезненным желанием изгадить прекрасное страдают и некоторые группы интеллигенции, например, те эмигранты, которые, очевидно, думают, что, если их нет в России, — в ней нет уже ничего хорошего.

Страшно верно!

В каждом человеке можно обнаружить простенький стерженек, на котором человек поднимает флаг своей оригинальности.
Люблю людей с флажками…))

В каждом человеке живут двое: один хочет знать только себя, а другого тянет к людям. Но во мне, я думаю, живёт человека четыре, и все не в ладу друг с другом, у всех разные мысли. Что бы ни подумал один, — другой возражает ему, а третий спрашивает:
«Это вы зачем же спорите? И что будет из вашего спора?»
Есть, пожалуй, ещё и четвёртый, этот спрятался ещё глубже третьего и молчит, присматривает зверем, до времени тихим. Может быть, он и на всю мою жизнь останется тих и нем, спрятался и равнодушно наблюдает путаницу.
Я думаю, что ещё в юности, когда слагается человек, он, волею своей, должен задушить в себе зародыши всех личностей, кроме одной, самой лучшей.
А вдруг он именно её и задушит, лучшую? Ведь — чёрт её знает, которая лучшая-то!
***
Некоторые, захотев пожить в своё удовольствие, стали бандитами, — «жизнь в своё удовольствие» всегда, прямо или косвенно, соприкасается с бандитизмом.

Весною, когда земля оттает, люди тоже как будто становятся мягче.

Жизнь мне дана не для того, чтобы я решал, кто прав — народники или марксисты.

Оригинальность — тоже глупость, только одетая в слова, расставленные необычно.

Долго не стой на одном месте — чего в нём? Вон как день и ночь бегают, гоняясь друг за другом, вокруг земли, так и ты бегай от дум про жизнь, чтоб не разлюбить её. А задумаешься — разлюбишь жизнь, это всегда так бывает.

Мало ли кто чей сын… Не по отцу почет, а по уму