Лариса Емельяновна Миллер

А следом, следом шёл июль,
Июльский дождик мчался следом,
Носили молоко по средам,
А по ночам на окнах тюль
Белел. А днём была жара.
Жасмина изгородь живая
Цвела, полдома закрывая,
А после дождика сыра
Была земля. Сыра, бела,
Бела от лепестков жасмина,
Которых целая лавина
Сошла. О Господи, дела
Столь утешительны Твои
Для слуха чуткого и взгляда,
… показать весь текст …

Я никак не пойму — небеса за меня?
За меня или категорически против?
За меня ли снегирь, что на тоненькой ноте
Всё поёт и поёт среди белого дня?
Разве он не стремится мне всё объяснить?
Разве мир не живёт исключительно мною,
То желая помочь мне любою ценою,
То пытаясь порвать судьбоносную нить?
До меня, говорите, нет дела ему?
Никогда не поверю, вовек не пойму.

Что не смогли сказать слова,
То музыка договорила
И жить меня уговорила,
И, кажется, она права.
И доводы её ясны,
Хоть повторить я их не в силах.
Там что-то есть о легкокрылых,
О горьких запахах весны.

Вы только взгляните, что есть у меня:
Волшебные краски текущего дня.
Они под осенним лучом золотятся.
Они облетят, но не надо бояться
И думать не надо, что будет потом,
А только купаться в дожде золотом.

И до меня хворали,
И до меня старели,
Старели, умирали,
Хоть очень жить хотели,
О чём совсем, как дети,
Писали Богу в личку:
Мол, жить на белом свете
Вошло у нас в привычку.
Мол, нам с привычкой скверной
Расстаться не под силу.

Я Бога бы, наверно,
О том же попросила.
И всё ж от просьбы мнимой
… показать весь текст …

Ах, время, ты повремени,
И обмани, и помани,
Я так привыкла верить сказкам,
Твоим меняющимся краскам
И слушаю с открытым ртом
Твои «А дальше, а потом».

2009

Идёт на горести облава:
Шиповник — слева, розы — справа,
Потоки света, море трав.
Тоске опомниться не дав,
Творит июнь над ней расправу.
Её теснят со всех сторон
То стая птиц, то гуща крон,
То куст цветущий, что вломился
Мне в окна и не извинился
За то, что так настойчив он.

Да как же можно, как же можно
Так поступать неосторожно
И говорить начистоту
Про боль свою и маету,
И сообщать на что надеюсь,
И в чьих родных объятьях греюсь,
У тишины всё это красть
И на листок бумаги класть,
Рискуя тем, что вдруг найдётся
Шутник, которому неймётся
Втоптать листочек этот в грязь,
От смеха тихого давясь.

Давайте в черный день подумаем о снеге,
О медленном его и неустанном беге.
Летучие снега раскидывают сети…
Давайте в черный день подумаем о свете,
О будущем светло и ясно о минувшем.
Огромное крыло над озером уснувшим
Отбрасывая тень, в безмолвии качнется,
И сгинет черный день, и белый день начнется.

Я умею только жить,
Если что-нибудь умею.
Просыпаюсь и пьянею
От возможности кружить
В окружающей среде,
В ослепительном пространстве,
Приспособленном для странствий
Душ и тел невемо где.
И за эту благодать,
За счастливую возможность
Жить, изведав лёгкость, сложность,
Я готова жизнь отдать.