Карен Джангиров

Временами, когда заедала тоска, он приходил в эту хижину, садился на старый скрипучий стул и, положив свою голову на щербатый стол, отдавался
пустынным мыслям. Когда тоска отпускала, он возвращался в роскошные апартаменты, где всё труднее становилось жить.
И еще труднее — притворяться в этом… Как и в том, что очень давно… Он забыл, что такое — жизнь…
В его огромном доме всё, абсолютно всё действовало ему на нервы. Даже тонкая красивая женщина, раздражала своей красотой и покорностью. Он не-
на…
… показать весь текст …

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Из далеких краев иду я к тебе, моя милая. И жизнь твою, милая… Несу я тебе на руках… Как ребенка, как птицу, как бабочку… Слабость и грусть
вперемешку переполнили душу мою… Ибо очень устал я, милая… И чтобы мне не упасть… Чтобы дойти до тебя… И вернуть тебе жизнь, что утратила ты до
рождения… Дай мне возможность найти… На побережьях лица твоего… Жаркую жажду… Жизни.

Став нищим,
обретаешь способность
дарить бесконечность
ласточкам

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Злато летело в мои карманы… Женщины падали к моим ногам… Птицы мне пели свое сокровенное… А моря отдавали… Лучшие свои корабли… Так незаметно прошла моя жизнь… Под сенью сиреней… Совершенно чужого сада.

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Всевышний всегда прав… Так говорят все… Так говорю я… Эта истина истин…
И с этим надо смириться… Только с одним уточнением… Да, он всегда… Всегда и во всем… Но не более чем… Море, весна… Небо, деревья… Травы, дожди… Муравьи, черепахи…
И снег за окном… Не более

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Этот мир одинок… Как нищий на дне вселенной…
У него ничего… Нет! Ни отца, ни матери… Ни дома,
ни близких… Ни гроша, ни крошки… Сиротой не-
прикаянной… Бредет он устало по душам… Устало
роняя… Слезы.

Из книги «ПРОЗАРИУМ»
Когда смеркаются души, а чаша сознания переполняется мертвыми числами… Когда хочется жить,
но не знаешь — как. Когда хочешь сказать, но не знаешь — чем… Наступает время рождения… И тогда приходит Озирус… Он становится с теми, кто Видел, и они, улыбнувшись сухими глазами, исчезают в его окружности. От них остаются фигуры, подобные тем, кто не Видел. И фигуры продолжают быть, пересекаясь с другими фигурами… Влюбляются, женятся, строят дома, умирают… Фигурам неведомо сло-
во «Озирус»… И им легко оставаться… Здесь.

Почему-то всегда
становится грустно,
когда гаснут последние
окна, а город
начинает блуждать
в совершенно пустых
подъездах

Смеркается — солнце
прячется тихо
под крыльями спящих
птиц