Игорь Хентов

СЕЛЁДКА ПОД ШУБОЙ
Прошёл огонь, воду и медные трубы
Слыхал волчий вой и сражался с грозой,
Но всё ж под стопарик селёдку под шубой
Люблю я своей пролетарской душой.

МАЙСА
Скажу о майсе — слушайте сюда —
Устраивать гевалт — плохая мода,
Ведь майса — далеко не ерунда —
В ней соль всего еврейского народа.

СОЛОВЬИНЫЕ ВЕЧЕРА
Спектакль идёт уже который год.
Все амплуа: герой, безумный шут,
Злодей и куртизанка, друг и плут,
И, режиссёру верящий, народ.

ФАБЕРЖЕ
О, Петер Фаберже! Ты вряд ли мог представить,
Что брэнд твоих яиц — тут незачем лукавить —
Средь весей, и полей, и нив Руси привольной,
Смысл будет несть, порой, достаточно фривольный.

ПОГРОМНОСТЬ
Сидели как-то у Арона,
И он ответил дяде Фиме:
Когда страна хоть чуть погромна,
То издали она любимей.

ВРАГ И ДРУГ
Порой, врагов не сосчитать —
Что ж, вьюгам должно вьюжить:
Коль друг ведёт себя, как ***ь,
То это много хуже.

ПРАВДА И ЛОЖЬ
Правда зла и горька,
Но её нет верней —
Ложь добра и сладка,
Но сжирает людей.

ПЕЧАЛЬНАЯ АКСИОМА
Мыслью, не подёрнутой туманом,
Вывести несложно аксиому:
Великан сражается с титаном —
Гном всегда идёт на помощь гному.

МЕЗАЛЬЯНС
Так было всё неоднозначно,
Но, тем не менее, прозрачно:
Он ей сказал про амфибрахий —
Она его послала на ***,
Причём, увы, не первый раз —
К чему приводит мезальянс!

БЕЗУМИЕ
Мир рушится, и скоро полный крах —
Шатается надёжная платформа.
Пора менять диоптрии в очках:
Безумие сегодня — это норма.

«ОДА» НЕНАВИСТИ
Ненавидят трусы смелых,
Остолопы слишком умных,
А безрукие умелых,
Безрассудные разумных,

Нищие вполне богатых,
Нечестивцы благоверных,
Беспородные же знатных,
Бляди сущие примерных,

Простофили благородных,
Неказистые красивых,
В грязь упавшие достойных,
… показать весь текст …

БЕСТАКТНОСТЬ
У дилетантов — не в укор,
Бывают этакие странности:
В чужой включаясь разговор,
Публично допускать бестактности.

СМЕРТИ ПОСЛЕ СМЕРТИ
Нет меж убийц больших отличий,
Но всё же надо понимать:
Как братьев, их роднит обычай
И после смерти убивать.

ДАССЕН
Король шансона на любой из сцен,
Впитавший грусть кадиша, как и мессы:
Поёт неподражаемый Дассен —
Внук беженцев из солнечной Одессы.

МНОГО ХУЖЕ
В циничную, с гнильцой, эпоху
Взор в поисках просвета кружит:
Быть просто идиотом плохо,
А дивным — много, много хуже.

СЛАВА Б-ГУ!
Прошёл лишь год и слава Б-гу,
Что светит прежняя звезда,
Летит стрелой вперёд дорога,
И дети рядом, как всегда!

МАСТЕР
Всё канет в своё время в тихой Лете,
Ненастье чьё-то, так же, как и счастье:
Есть вечная профессия на свете.
Её назвал Творец «Скрипичный мастер».

КРЕП
Имеющий зренье давно уж ослеп,
Имеющий уши — оглох,
И чёрный на мысль надевается креп
На пике согласных эпох.

МОЛЧАНЬЕ
В стремленьи быть отважным, сердцем чистым,
Мы, люди мира, более чем сходны:
Молчанием потворствуя убийствам,
Вступаешь в соглашенье с преисподней.