хрюха

Тяжелый непосильный женский труд до полного изнеможения, с раннего утра и до глубокой ночи — залог искоренения блуда.

Сколько конституций ни пиши — если сердце собачье, жизнь тоже будет собачьей.

Деньги хотят все, но не все хотят их честно.

Отметелят, а потом доказывай.

У канцелярщиков совещание на совещании, без этого они не могут. Многочасовые посиделки, занудное занудство и трижды резиновая резина. Сидят, сидят, жуют, жуют, потом пережевывают и еще и еще, будто у них зады каменные и два желудка, как у коровы. Главный нудит, нудит, нудит, словно в головах дырки хочет просверлить. Напротив него уже помельче, но все равно такие строгие, значительные, будто кого хоронят и главному в глазки не смотрят — потупятся и в книжечки записывают. Знал бы он что там, разогнал бы половину. Один чертиков рисует, другой баб, третий вовсе какие-то вензеля. А еще планы, планы, планы и планы составления планов, а как не выйдет, о старых уже не вспоминают и плодят новые.

А еще можно дать клятву, в смысле присягу, что вызывает законный вопрос — как может быть такое, чтобы клялись не добровольно, но под уголовным кодексом?

— Мы же поклялись!!! — Забудь про эти глупости!

Смерть не является несчастьем, как думают материалисты, ибо она такое же нормальное явление, как и рождение.

Свои сожрут быстрее чужих.

Если во всех предыдущих конституциях врали, с какого бодуна ждать, что не наврут и в следующих?