О чиновниках

Процентов девяносто пять из тех, кто лезет в чиновники, это отбросы. Это я тебе честно говорю. Они даже читать нормально не могут.

Для чиновников народ как рулон бумаги туалетной.
Каждая шишка на ровном месте пытается тебя унизить.

Искусственный интеллект впал в апатию
— не удалось ему победить бюрократию.

Высший чиновничий пилотаж — раздавить, потом срубить деньжат, да еще, чтобы благодарили. (Б.О. Качанов. Жизнь и смерть академии не Жуковского. М.: Маска, 2012, стр. 158)

Высший чиновничий пилотаж — раздавить, потом срубить деньжат, да еще, чтобы благодарили.

Чиновников многие ругают —
они же этого не замечают.

Подобно тому, как богатый ненавидит бедного, невежа образованного, блудник целомудренного, а вор честного, так и бюрократ терпеть не может и презирает человека, стоящего по ту сторону канцелярской амбразуры.

У канцелярщиков совещание на совещании, без этого они не могут. Многочасовые посиделки, занудное занудство и трижды резиновая резина. Сидят, сидят, жуют, жуют, потом пережевывают и еще и еще, будто у них зады каменные и два желудка, как у коровы. Главный нудит, нудит, нудит, словно в головах дырки хочет просверлить. Напротив него уже помельче, но все равно такие строгие, значительные, будто кого хоронят и главному в глазки не смотрят — потупятся и в книжечки записывают. Знал бы он что там, разогнал бы половину. Один чертиков рисует, другой баб, третий вовсе какие-то вензеля. А еще планы, планы, планы и планы составления планов, а как не выйдет, о старых уже не вспоминают и плодят новые.