Эрнест Хемингуэй

Он был по-настоящему, по-человечески красив — изнутри: улыбка его шла от самого сердца, или от того, что зовут душой человека, а потом весело и открыто выходила на поверхность, то есть освещала лицо.

Где ты умрешь, не имеет значения, если ты умираешь за свободу. И, во всяком случае, главное — жить, а не умирать.
— Но подумай, сколько их умерло… вдали от родины… и в неудачных операциях…
— Они пошли не умирать. Они пошли сражаться.

Прежде всего нужно быть влюбленным в женщину, чтобы иметь надежную основу для дружбы.

Интересно, можно ли учиться до бесконечности, или человек способен усвоить только то, что ему положено?

Люди всегда ищут короткие пути к счастью. Таких путей нет.

Как ты стал банкротом?
— Двумя способами. Постепенно, а потом вдруг.

Порой в нас говорит ностальгия. А она — это та особа, которая счастлива,
только когда смотрит в зеркало заднего вида.

Интеллигентный человек иногда напивается для того, чтобы провести время со своей глупостью.

Среди всего невозможного кое-что всё-таки возможно, и прежде всего — способность чувствовать выпавшее тебе счастье и радоваться ему, пока оно есть, и пока всё хорошо.

…В то время я уже знал, что, когда что-то кончается в жизни, будь то плохое или хорошее, остаётся пустота. Но пустота. оставшаяся после плохого, заполняется сама собой. Пустоту же после хорошего можно заполнить, только отыскав что-то лучшее.