Эльчин Сафарли

Мечты — реальность. Главное сильно захотеть и сделать шаг вперёд.

…Сначала мы искали счастье в сказках, рассказанных перед сном, в своем мирке под теплым одеялом, в запахе плюшевого мишки под боком. Потом — в первой победе на Олимпиаде по литературе, в невинных школьных романах, в тревожных песнях Цоя. Затем наше поколение девочек пыталось найти счастье под бирками громких марок, в ненужных отношениях с пустыми фатами, в книжках под кричащей обложкой, которые мы демонстративно выкладывали на столики первых кофеен. Только сейчас я не ищу счастья: оно рядом, и во мне… Большинство людей счастливы настолько, насколько они решили быть счастливыми…

Она не выбирала себе судьбу. Никогда ни на кого не надеялась, кроме себя.

Я снова возвращаюсь к мысли, что проще не любить, не хотеть, не знать — не быть самой собой, быть кем-то другим. Пусть унижают другого, пусть бьют и жгут заживо его, но не тебя, ибо тебя просто нет. Есть некто другой, склеенный из боли утраченного и попыток жить заново. Опустошенный и чего-то ждущий.

Нам хорошо и немного грустно. Без этого никак. Грусть служит фоном мгновениям счастья, потому что его мимолетность неодолима.

В сущности, все мы мечтаем добраться до звезд. Многие в переносном, некоторые — в прямом смысле… Если вдруг вы добрались до неба, но упустили свою звезду, постарайтесь загрести хотя бы полную пригоршню облаков…

Спрятаться от себя невозможно. Бежать куда-либо бессмысленно. Все равно боль вернет обратно. Вернет туда, где начинаются следы безнадежности. Время примиряет с собой. Встает перед тобой зеркалом, заживляя в отражении шрамы сердца. Смотришь на себя и, сквозь паутину отчаяния, понимаешь, что хочешь идти дальше. Жить, верить, снова ждать… Ни одна боль не способна отвернуть человека от жизни. К любой запертой двери найдутся ключи, которыми ее можно отпереть.

Я тоже хочу жить за себя, не за кого-то. Придумать себе офигенный смысл жизни и верить в него по собственному желанию. Пока я верю в то, что есть сейчас. В пространство, ощущение, в котором нахожусь на данный момент. Каждое утро открываю окно и заполняю себя новым днем. Таким, какой он есть.

Пустота в настоящем заполняется исключительно прошлым.
Первый шаг к преодолению прошлого — это заполненное будущим настоящее.

У каждой поры свои законы. Осенью надеешься, зимой веришь, весной дожидаешься, летом-получаешь.

Не прав тот, кто утверждает, что вспоминать — значит отвергать настоящее. На первый взгляд эти слова могут показаться вполне оправданными, ведь обычно в воспоминаниях немало боли, которую заново испытываешь, возвращаясь туда. Но какими бы вредными и верными ни виделись воспоминания, всё равно никто без них не обходится. Воспоминания, к счастью или сожалению, это не сухие осенние листья, которые будут сожжены рано или поздно

Мир, который для нас привычен, не более чем оболочка, и здесь на всех одни законы. Мы родились в этом мире, выросли, даже счастливыми бываем. Но еще есть изнанка этого мира, куда попадают с самого детства те, кого оболочка не приняла. И такие люди создают свое пространство, ни на что здесь не похожее. Их часто называют белыми воронами, потому что они продолжают противостоять материальному миру

Почему нам что-то постоянно мешает выбирать счастье?
Быть несчастливым несложно. Для этого не нужно искать причину, достаточно пойти за толпой, вечно недовольной и слишком заземленной. Станешь как большинство, которое только и делает, что выставляет миру претензии.
У несчастливой жизни один вкус — горький, вяжущий. Как у незрелого миндаля.
Всегда разное на вкус счастье требует труда. Оно не придет, пока отлеживаешься на диване, надо хотя бы встать, открыть дверь.
Проложить путь к счастью нелегко. Нет единого маршрута, всем подходящего трафарета.
Обязательно будут ошибочно снятые мерки.
Это нормально, таков процесс — не бросай на половине.

… Но за всем стоит судьба матери, потому что с её судьбы начинается твоя собственная

…Сентиментальность прятала на самом дне колодца души. Старалась не показывать. Плакала наедине с собою. В одиночестве могла обливаться слезами за просмотром мелодрам, хотя на людях отдавала предпочтение комедиям. Эти затаившиеся противоречия — отголоски тяжелого прошлого. Прошлого, когда нельзя было давать слабину. Прошлого, когда забываешь, что ты женщина. Мужчиной на войне быть легче

Настоящая любовь соткана из противоречий. Прошита нитями разных характеров, вкусов, стремлений. Наша любовь поселилась между небом и землей. Небом, воздушно-ветреным, была она. Землей, стабильно-приземленной, был я. Любовь между нами…

Это прикосновение к мечте.
Когда человек ее касается, у него в глазах появляется что-то такое,
чего не увидишь даже в самый хороший день.

Перелистываю страницы в обратном порядке. Неужели все, что я написала, лишь фантазии, самообман, красивые слова, рожденные небывалым чувством? Какой бы ни была развязка нашей причудливой истории, этот дневник я оставлю здесь, в аэропорту. Просто «забуду». Мне нужно стать реальнее. Еще реальней…

* * *

Почему именно мне нужно идти дальше без героя моего романа? Догонит ли он меня за поворотом? А вдруг догонит через много лет? Или просто забудет вообще?
А вдруг — больно даже думать — ты не мой герой?!

* * *

Как там пелось в песне? Мне бы просто знать, что гдето ты живешь, — и, клянусь, мне большего не надо…
Мне б хотя бы мельком повидать тебя — и, клянусь, мне большего не надо.
Кажется, это из той же песни? Или я сама это придумала…

* * *
… показать весь текст …

Я верю в умение и труд. Муза — субстанция непостоянная.

Мегаполис делает из людей роботов. Вырабатывается схема, теряется индивидуальность. И знаете, что самое страшное? Люди не признают этого. Они думают, что, сохранив человеческий облик, невозможно стать роботом… Я не говорю, что все жители большого города теряют себя. У большинства из них стойкий иммунитет на вирусы мегаполиса. И вот такими сильными людьми я восхищаюсь…