Татьяна Орлова Славянская -2

Не помню я ни улиц, ни мостов,
ни площадей раскрытые ладони…
Названия случайных городов
как будто рисовал в уме дальтоник.

Обрывочны воспоминанья — свет
погасших звёзд, слетевших ненароком.
Чужие города… Там больше нет
любимых, но покинутых до срока.

Там пахнет болью белая сирень.
Согнулись фонари. Кому поклоны?
Там купола соборов набекрень,
домов безликих бесконечны клоны.
… показать весь текст …

*
Мой старый дом глядит с прищуром вдаль.
По крыше ветер стелет ватой тучи.
Тот самый небывало грустный случай —
предзимнюю рисует пастораль.

День расплескался тёплым молоком,
пробравшись в сад на цыпочках, наощупь,
оставив без пригляда ивы в роще, —
стоят почти нагие, босиком.

Летит прозрачный колокольный звон
вдогонку ветру и последней стае.
Сентябрь с печалью лёгкой провожаем
… показать весь текст …

Меняем вкус вина и цвет помады,
друзей тасуем карточной колодой.
Вчера любили в парках променады,
сегодня нас пугают непогоды.

Цветком опавшим вянет зонтик алый,
торшер — в попытках выглядень луною.
Так хочется нырнуть под одеяло —
осенняя хандра и паранойя.

Вчера любила терпкость мукузани —
сегодня кажется отравой, ядом.
Случаются капризы осязаний,
когда по вкусу и дьяволиада.
… показать весь текст …

Мой ангел не такой, как все, — эстэт.
Имеет изощрённый тонкий вкус.
Душою вдумчив, языком — поэт.
Я мудрости у ангела учусь.

Вчера махнул крылом: «Лети со мной!
Увидишь с высоты чужие сны.
Не бойся, я ручаюсь головой, —
поднимемся не далее Луны…

Смотри, вон Босх рисует Вавилон,
А Брейгеля сегодня не видать…
А вот Ромео лезет на балкон…
Письмо Вольтеру… сломлена печать…»
… показать весь текст …

Проснулась и бежит теплом волна,
щеки коснувшись, голени, бедра
целебной каплей сладостного сна —
я грелась с незнакомцем у костра.

Летели искры фейерферком вдаль.
И лопалась картошки кожура.
И зацветал над озером миндаль.
И танцы заплетала мошкара.

И незнакомец сдержанно молчал.
И в кружки подливал не чай — вино.
И хлеб закуской скромной подавал.
Лицо луной сквозь мрак озарено.
… показать весь текст …

Хорошо у костра. Пламенеет оранжево волос.
Вкус картошки с горчинкой. И пальцы измазаны сажей.
Тишина на душе. Разговорам не надобен голос.
Каждый знает заранее, что ему взглядами скажут.

Месяц ветром нарезан на дольки вкуснейшею дыней.
С нами вместе за ужином сумерки… Падают звёзды.
Мы вдвоем. Мы одни. Мир безликой и мёртвой пустыней.
Там, над нами вверху, опустевшие к осени гнёзда.

Ночь ложится на плечи лохматой распахнутой шубой.
Прячет нас до утра, убаюкав рассказом про волка.
За бочок не укусит — не мы по зубам душегубу.
Не найдёт никогда… Мы в лесу, как в стогу две иголки.
… показать весь текст …

*

Раздав до цента все свои долги,
осталась неприкаянной и нищей.
В карманах ветер, изголяясь, свищет…
Вдруг ангел:"Хоть себе-то уж не лги…

Коль нет долгов, так значит ты богат.
А главное — отныне дух свободен.
Живи, часы сверяя по погоде.
Отныне даже Брут тебе, как брат.

Из всех блестящих золотых монет
всего одна нужна, но для Харона.
… показать весь текст …

Ты замечал как несносен изменчимый мир?
В белом халатике бес. Он теперь акушерка.
Лавка мясная у ангела, бойня, трактир…
По понедельникам бог назначает им сверку.

Вечный досмотр на весах. А иначе никак
граммы добра не сравнить с килотоннами боли.
Светлые в сговоре с тёмными — держат общак.
Даже Всевышний не ведает тайны паролей.

Впрочем, он, кажется, даже не знает в лицо
собственных подданных… Тех, что из перьев и стали.
Те под шашлык попивают в трактире винцо
и называют друг друга — «кацо», «генацвале»…
… показать весь текст …

Перо дрожит, рисуя вязь строки
о бабочке, смирившейся с неволей.
Вот так же в Зурбагане рыбаки
вымачивают мёртвых рыб в рассоле

Не помнят Грина, — нет у них имён.
Молитвы не читают — где он Отче?
Они из тех безрадостных племён,
кто о насущном горестно хлопочет.

Их мир несложен. Из простых вещей.
Помножен на доверие и жалость.
Распахнут ворот — никаких камней
за пазухой… В сухих глазах усталость
… показать весь текст …

Нас только двое. Мрачен мир и пуст —
весь выпотрошен ящик у Пандоры…
Но караулит каждым днём Прокруст
неведомым пока что приговором.

Цепочкой золотой в окне огни,
мерцающие, словно лунный иней.
Сомкни свои объятия, сомкни…
Пусть эта ночь и завтра не остынет.

Холодный блеск тоскующих небес
святой водой уже не напитает.
Распятием над нами Южный Крест,
и вечер обречённостью вздыхает.
… показать весь текст …