Наталья Захарцева (Резная свирель)

С ясного неба летят золотые перья.
Почки набухли, и птицы поют осанну.
— Мама, включи быстро радио. Юра первый.
Мама, представь себе — в космосе. В этом самом.

Скоро на улице зашелестят листочки,
вот дождались, и до лета уже недолго.
Мама Гагарина едет в Москву, и точка. Вдруг потеряется, словно в стогу иголка?

Ехать-то надо, конечно, а как иначе.
Город большой и красивый, в нём есть трамваи.
— Два девяносто, и десять копеек сдачи. Нате билет, и про сдачу не забываем.

Кошка за дверью мяукает…
… показать весь текст …

А ты знаешь — нельзя умереть насовсем. Я подсчитывал смерти. Их было сто семь или вроде сто восемь. По-моему, сбился.
Я гадал по лозе, танцевал по росе, мышковал за удачей подобно лисе и привёз тебе кепку из Даугавпилса.
Ты успела состариться. Я идиот. От заботы, проблемы, противного от невозможно сорваться вечерним плацкартом.
Находил перекрёстки, истории, брод, ночевал на траве у закрытых ворот. У восточного шаха служил бодигардом.

А родился-то я далеко-далеко. Там медведицы поят детей мо…
… показать весь текст …

Если даже совру что-нибудь — не сердись, прости. На земле существует избитый стереотип.
Говорят, что ребенок рождается — и в раю ему сразу кудрявого ангела выдают. За спиной новобранца — летательный механизм. Прямо с этой минуты он должен дитя хранить, чтоб дитя не украла болезнь, не взяла вода.

Говорят, что бесполые ангелы — ерунда. В книжных лавках про ангелов тьма бесполезных книг.
Хотя что мне тебя убеждать — я одна из них, из крылатых, небесных, соломенных берегинь. Две руки у меня (удивит…
… показать весь текст …

У летних духов дел невпроворот: соленья закрутить, сварить компот, в стеклянный щит пожмуриться на солнце.
У зимних духов разговор другой. Старуха-ночь хромает с кочергой, гном-часовщик за звездами крадётся.

И севшие за летние столы всегда светлы по-детски и милы, и не боятся ни врага, ни черта. У зимних колыбелей спит медведь, зимой не полагается реветь, и он законы соблюдает чётко…

Вот Анубис. И он замёрз, рано встал, и дела табак. Под прицелом колючих звёзд он выводит гулять собак. И собаки спешат в кусты, лают, будят московский двор. Вот Анубис. Вчера простыл, горло, насморк. Не приговор.
Древний бог, экспонат, музей, кто сказал, что богам легко? У Анубиса тьма друзей, все из древних, как есть, богов. Они славно умеют гром, звёзды, молнии из ладош.
Солнце прячется под ребром. Начинается мелкий дождь, беспокойный как новосёл или как молодой отец.
Получается — прямо всё,…
… показать весь текст …

Он точно знал, как именно умрёт: не от болезни, тихо и в кровати.
Спокойной смерти на него не хватит. Спокойной жизни? Вряд ли. В свой черёд он всё пытался в мир нести добро и зла не делать — не было печали.
Два берега ему предназначались, два выхода: патрон или перрон.
Решили так. В раю или в аду. Он почему-то не боялся смерти. Смеялся, говорил — лихие черти меня врагам в обиду не дадут.
Когда сидел он, закрывал глаза, из ниоткуда выплывали лица. Не видел в этом повод веселиться, но был не…
… показать весь текст …

Солнце плавает в небе ленивым уроборосом, солнце тоже до одури сдулось и задолбалось.
Исполнитель Желаний читает людские просьбы: «Одной маленькой девочке очень нужна собака».
Исполнитель Желаний звонит в свою техподдержку, ему надо точней, в мутных водах не видно брода (разве можно позволить себе обмануть надежды?):
«Укажите окраску, параметры и породу».
На другом конце трубки агент тяжело вздыхает, зарывается носом в бумаги, сосредоточась:
«Ничего не пойму, да, по-моему, хоть какая.
В бланк-за…
… показать весь текст …

Беги, купайся — солнечные ванны нужны для послезимней белизны.

Мне как-то снился город без названия, не помнящий, не знающий весны.
В том городе всегда мели метели, летела ледяная шелуха. И горевали те, кто не успели укрыться и уехать впопыхах.
Тулупчики особого пошива ценились далеко от их земель.
Звенели бородами старожилы. Слагались сказки, источая хмель. В квартирах за закрытыми дверями почти сихронизировался сон. И люди укрывались январями, которые вертели колесо, рождая только мутную за…
… показать весь текст …

«Не нервничай.
Просто представь, что она вернётся.
Она же всегда возвращается ровно в восемь.
Она будет пахнуть зелёным болотным солнцем,
и чем-то далёким, щемящим,
как будто вовсе
и нет в этом мире вообще ничего прекрасней,
чем тонкие пальцы терзающая осока,
блуждающих ярких огней карнавальный праздник,
кудрявые мхи и заросшие мхами сопки».

И шёл человек на конфорку поставить чайник,
а руки его всё никак не могли согреться,
и чай пах не хрусткими травами, а печалью,
… показать весь текст …

Ничего не понял он. Ничего. Не сумел обычное волшебство: полетать над миром, придумать сны. Пару монстров вызвать из глубины. Позывными мавок забить эфир. А он взял и маме купил кефир. Улыбнулся бабушке на скамье. Помахал вахтёру: привет семье. Выгибалась радуга над рекой. Да какой он сказочник? Никакой.

Ничего не вытворил. Ни шиша. Рассмешил соседского малыша. На разбитый локоть ему подул, то есть делал разную ерунду. По дороге к дому купил кувшин — из кувшина даже не вылез джинн, чтобы — да, желания исполнять. Затушил в лесу островок огня. До ближайшей урны пакет донёс. Почесал в затылке, наморщил нос. Расписал шкатулку под хохлому. Да какой он маг? Да куда ему?..