sheril fеnn

снова по кабакам, по углам, по хатам. бесприютные души, фантомы, тени. жизнь не кажется [правда!] дурацким адом, но не тянет, не хочется и веселья. жизнь не «кажется», как-то вот существует. надо к ней приспособиться. надо! знаю.
ноги сами несут — прохожу кривую, оказавшись у бездны, да близко к краю. твои руки не держат меня, трясутся — передоз неизвестности и тревоги. мы пропали из дома и третьи сутки мы зависли в дороге, в большой дороге, где red bull и jack daniel’s вперемешку. я не в курсе,…
… показать весь текст …

космос стелется под ногами, звёзды вшиты в него навечно.
словно в пьяно-больном угаре, мы танцуем и держим свечи. шаг за шагом по лабиринтам, от которых в восторге дьявол. нет, не вальс — это бой на ринге, только я поддаюсь так явно, что мне стыдно за эту слабость. но глаза твои так бездонны, и проигрывать странно-сладко, а сомнения просто вздорны. мне плевать, что кричат и злятся, что желают побольше крови — я хочу целовать, смеяться. пусть нас космос в себя уронит, одурманит потоком синим. мы утонем в небесной гжели потому, что люблю так сильно, как безумный с луны пришелец.

я была очень глупой, кажется, — что посеяла, то пожну.
словно ветер во мне куражился, и тащило волной ко дну. я покуда пускалась в тяжкие, ты меня в сотый раз спасал, проходя кабаками, пляжами, выдирая остатки жал, что под кожей моей отравою — самый лучший из докторов.
мы с тобой были очень ранними.
почему не случились в срок?
я была очень глупой девочкой, город быстро мне душу сжёг. для любви были люди сделаны: каждый третий её нашёл. каждый пятый сломал и выбросил, ну, а я тебя предала, заслужила у стенки выстрела. я- не счастье, а кабала, горький дым от мечты утраченной, сожаление и тоска.
уходи! здесь любой наплачется, а иначе со мной никак.
становиться другой так сложно мне, среди истин как взять одну? видишь крылья, как хлам, заброшены, злая гниль проросла вовнутрь.
я отвечу за всё, как водится. правда держится на ножах. отчего мне безумно хочется бросить всё и с тобой сбежать?

черные земли в следах, в пыли, в тропах кривых среди мокрых трав. многие здесь в темноте прошли — кровь истекала с душевных ран, став где брусникой, а где иргой, капая вниз, напитав песок, став земляникою под ногой, лентою алой вплетаясь в дрок. многие шли на тепло/огонь. я же сидела, ждала в ночи, нити в ладонях держала мойр, слушала, как тишина молчит.
глаз васильковая синева, губы — душистый июльский мак.
что приходили мне отдавать?
что забирала с собою тьма?
я протяну вересковый лед [он не р…
… показать весь текст …

перестанешь болеть любовью, будешь пьяным, крутым, беспечным. ты молчишь, но я знаю: больно. я поставлю о здравии свечи, возведу тебя в ранг бессмертных, навлеку на судьбу удачу. я порву нашу верность первым — это слово теперь не значит ничего, кроме двух браслетов, что таскает шериф в кармане. я уйду с первым встречным… ветром, и тогда нас с тобой не станет.
мы не те, кто способен выжить, находясь так опасно рядом. моё имя в предплечьях выжег — запах твой просочился ядом и смертельно залёг под кожу. взгляды внутрь спалили души. я уйду, перестав тревожить, я сломаю и я разрушу — и тогда ты расправишь крылья, бывший ангел, легко и гордо, а потом навсегда остынешь и покинешь погибший город.

его я проклинаю днём.
его я призываю ночью.
клянусь водою и огнём,
ему безумие пророчу…
да только мне сойти с ума, считать замшелые ступени. дорожный плащ. ночная тьма. он — молчаливое виденье. ищу его — не нахожу, теряю след в туманной дымке. чащоба, лиственниц ажур, в камнях пещер немые дыры, хрустальный шёпот родника, гиены подбирают падаль. я накликаю сотни кар: ему то в бездну злую падать, то пропадать ко всем чертям, то убираться, да подальше. ах, ведьмы очень жёстко мстят — тебе не выжить светлый мальчик! у рта кровавый окаём, был взгляд невинен, непорочен.
тебя я проклинаю днём.
тебя я призываю ночью.

не думала, что осень так жестока: мосты горят, которыми идти. меня несёт сплошным, большим потоком так надоевших будничных рутин. о тёплом лете лишь воспоминания, так жаль его куда-то отпускать. я пропускаю знаки препинания — мне страшно, словно дуло у виска: не будет больше пенного прибоя, не будет гама чаек над волной.
не думала, что осень — это больно, а мир вращался заодно с тобой. тебя теряя, я теряюсь где-то на перекрёстках старых городов. в ладонях нет уже ни капли света, и выкричать тебя не хватит слов.
не думала, что осень так красива безжалостной, бездушной красотой. я не молюсь, но я прошу: дай силы дожить до лета не такой пустой!