Франц Вертфоллен

Ты перестаёшь чувствовать себя маленьким ничтожеством, когда ни один человек не может тебе сказать что-либо, что ты бы от себя прятал.

С этого момента ты становишься очень уверенным и свободным человеком, вот это самая основа уверенности в себе.

Не всякие «мастер-классики», когда вы там ходите и долбитесь, как дятел, об утверждения: «Я хорош, я люблю себя». Уверенность в себе начинается там, где вы принимаете: «Хей! Вот мой пункт А». Когда вы честны с собой, и кто бы в вас не заглянул, он бы не смог сказать вам ничего, что бы вас потрясло, потому что вы в принципе слышите правду и готовы работать с ней.

Ваше стеснение — это никогда не вопрос стеснения кого-то. Это ваше нежелание вставать за вашу правду и ваши личные ограничения в мозгах.

То, что держит тебя действительно заинтересованным в жизни, то, что даёт тебе силы делать, гореть — это люди. С этой точки зрения у тебя ничего никогда не было и не будет кроме семьи. Держись за неё. Орден, семья — это то, что стоит любых мучений, любых пробиваний потолков.

«Вы никогда не боитесь вещей просто так. Те страхи, которые вам подкидывает мозг — это ваше будущее, если вы будете идиотом»

«Каждый раз, когда вы находите в себе какие-то проблемности — это о том, чтобы исправлять их здесь и сейчас, в моменте. Эту маленькую, крохотную вещь сделать иначе»

«Кошмарные становятся для нас, те вещи, которые мы неприемлем, с которым мы не хотим работать. А так вся жизнь это чудесная возможность счастья»

По Меди было четко видно, почему он до сих пор не врач или юрист в Бейруте: каждый умен, когда сбоку. Меди был прозорлив во всем, что его не касалось или что он лично никак изменить не мог.
Как только дело подходило для него слишком к делу — вставай и действуй, он из эмпатичного и приятного человека превращался в расшатанный комок нервов, желающий одного: быстрее сдохнуть и ничего, никогда не решать.

«Каждая эмоция случается для того, чтобы дать вам алгоритм, из которого вам надо действовать.»

«Когда мы врём сами себе — и особенно детям и следующим поколениям: «Мир хочет тебя. Тебя должны любить. Тебя должны были бы хотеть, чтобы ты был желанным ребёнком. Тебя должны защищать. О тебе должны заботиться».

Чем больше мы набиваем вот такой хуйней головы детям, тем больше мы рождаем моральных уродов.

Которые вместо того, чтобы говорить: «Это моя жизнь. Это мои выборы. Это я решаю то, как развивается моя жизнь и что я делаю со своими буднями».

Вместо этого говнят и говорят: «Меня недолюбили. Меня не хотели. Обо мне не заботились. Мне не додали».

И это никак не оправдывает бездарность человечества в том, чтобы взращивать свое потомство. Но что это рождает?

Это рождает несчастных, нестабильных инфантилов, которые отпихивают от себя ответственность, но кричат: «А где? Где вот всё это, что мне были должны?»

Люди, которые говорят, что к ним «плохо относятся» — это твари. Потому что на самом деле нет такого «ты ко мне плохо относишься», есть человек, который старается свои внутренние проблемы объяснить какими-то внешними факторами.

У таких людей в жизни завсегда жопа. Они теряют самые лучшие отношения в своей жизни. Они теряют самых лучших людей, потому что отношения с ними не тянут.