Мила Позняковская

Удалила чат — и забыла сразу.
Организм отравлен — считай, привит.
Больше не подпустит к себе заразу —
Даже неизученный, редкий вид.

Третий день не крашусь, не брею ноги —
Я гостей незваных совсем не жду.
Если вдруг появишься на пороге,
То не быть прощенью, а быть суду!

Я теперь смогу отразить атаку…
Но придется выйти на разговор:
По тебе скучает моя собака —
Ну, какой ты все-таки живодер…

Учиться пора чему-то бы,
Но вновь попадаю в сеть.
Мне кажется, я хочу тебя.
А хочется не хотеть.

Не сметь, не просить, не требовать,
На то не имея прав.
Смотреть на тебя как трезвая —
Ведь предупреждал Минздрав!

Ах, сколько во мне наивности —
Цепляюсь за «бла-бла-бла».
Ведь не было же взаимности —
А кажется, что была…
… показать весь текст …

Одиночество в толпе — одно из самых комфортных для меня состояний. Многие не понимают, как это — прийти в бар одной. На самом деле это очень удобно: ты вроде не киснешь дома, а находишься в окружении людей, но при этом не обязана с кем-то говорить, кому-то уделять внимание… Ты можешь перекинуться со случайным знакомым парой слов, стукнуться бокалами «за выходные» или потанцевать, а через пять минут снова погрузиться в свои мысли, не чувствуя себя при этом неловко. Если речь идёт о Портере, то для меня всегда есть большая вероятность встретить кого-то знакомого, и тогда можно поболтать полчаса, а затем снова уединиться. А главное — если внезапно захочешь уехать, то с чистой совестью вызываешь такси — и не надо никому ничего объяснять и соглашаться на компромиссное «ещё полчаса». Эгоистично? Возможно. Ну, как есть…

мамочка, мы повзрослели за девять дней.
роли твои как важнейшую часть наследства
без обвинений и склок разделили с ней:
все пополам — это лучший урок из детства.

мамочка, помнишь, читая мои стихи,
ты говорила, что все на один мотив и
слишком трагичны. а я вот гляжу в архив:
где там трагизм, если все оставались живы?!! здесь же — трагедия, как распростертый флаг
неистребимой и неотвратимой силы:
в чашке без чая, в завешенных зеркалах
и в тишине так истошно невыносимой.

строки пресыщены, но вместе с тем пусты —
… показать весь текст …

ты прости: это, кажется, было не о тебе…
это было о бешеной ломке и жарком лбе,
о наивных мечтах и раскатанной мной губе,
это было (как там говорится?) о «не-судьбе»…

это было о том, как томилась во мне весна,
как мне вечно мерещились двери, а там — стена.
только не о тебе и тем более не о нас.
больше я о таком не пишу. да и не должна…

я хочу написать не о кошках, а о волках,
о багровых рассветах, о звездах и маяках,
о сокровищах мира, покоящихся в песках,
но не найденных, не ограненных никем пока.
… показать весь текст …

«Не достойна», «не лучшая», «не такая»,
Не по высшим канонам ни дух, ни лик.
Я твои ярлыки на себе таскаю —
Я почти что не мыслю себя без них.

Только это, мой милый, совсем не значит,
Что я буду бороться до синих жил.
Ведь любовь — она дарится, не иначе.
И не тем, кто прогнулся и заслужил.

И она не должна быть железной клетью,
Изощренным капканом для душ и тел.
Что ж, пожалуй, ты прав, я почти что «hate you» —
Если именно этого ты хотел.

Мы — вместе. Пара. В сути этих слов
Нет истинной картины — лишь наброски.
И даже необъятное «любовь»
Для нас с тобой звучит довольно плоско.

Хоть мне, по правде, не с чем и сравнить,
Но наша связь, что чувствуется, словно
От сердца к сердцу вьющаяся нить, —
По прочности не уступает кровной.

Ты мне — как старший брат. «Своя» душа.
Ты взрослый, мудрый, целеустремленный…
И мне тебя приятно уважать
И быть в тебя по-сестрински влюбленной.
… показать весь текст …

А мы с тобой говорим часами…
О жизни в целом и об искусстве…
И в чем тут дело — не знаем сами…
В твоих ли мыслях? В моем ли чувстве?

То улыбаюсь, то дую губки…
То гонишь беса, то материшься…
Мы треплем нервы, бросаем трубки…
Сожжешь меня — и не загоришься?!

Самодостаточны оба… Или???
Кто мы без масок, кто мы не в гриме?
Я так хочу, чтоб меня любили!
А впрочем, любят… но я не с ними.
… показать весь текст …

я горжусь тобой. это важнее всего былого.
чище похоти, выше истерик моих несчастных.
я горжусь каждым шагом, поступком твоим и словом,
будто я хоть каким-нибудь боком к нему причастна.

я горжусь, но не так, как жена бы гордилась мужем
или братом сестра — обоснованно и по праву.
я горжусь тобой тихо, несмело и неуклюже,
я стою в стороне и шепчу тебе: «браво, браво»…

вдохновенная гордость растет во мне с каждым вдохом,
раздувается, перерастает грудную клетку.
я горжусь тобой, и, если вдруг тебе будет плохо,
это чувство во мне пусть заменит тебе таблетку,
… показать весь текст …

я о самой трагичной из выпавших мне ролей
не жалела ни разу, и в этом моя мораль.
но в две тыщи шестнадцатом снова придет февраль —
я боюсь февралей…

я боюсь холодов — как погодных, так и людских,
когда в городе — будто вечная мерзлота.
я боюсь проезжать мимо станции Позняки,
когда мне — не туда…

я боюсь незнакомых компаний, съемных квартир,
где соседа друзей твоим именем могут звать…
я боюсь по щелчку в голове и толчку в груди
перестать забывать…
… показать весь текст …