риделика

ты был первым в списке из тех людей,
чьи мечты для меня обретали суть,
чьи слова для меня украшали день,
но, увы, были призваны обмануть.
я носила тебя, как на блузке брошь,
как кулон на цепочке из серебра.
я, естественно, знала, что ты уйдешь,
предварительно сердце моё забрав.
ты был первым из тех, кто сломал каркас
из моих оправданий и простыней.
ты к ладони моей прикасался — «раз»,
а на «два» уже будто забыл о ней.
а ко мне приходила пустая мгла,
темно-серый туман и безлюдный смог.
… показать весь текст …

Город шумит, как большой новостной завод.
Снова теперь потеплеет, наверно, к маю.
Вот она, скачет кругами, летит, идёт,
вот она — жизнь,
а как её жить — не знаю.
Город шумит, как огненный организм,
дарит и ранит проверенным тыка методом.
Я же всё падаю, падаю ровно вниз,
даром, что кажется, будто бы ниже
некуда.
Город шумит, свистит и чихает в такт,
шлёт нам привет
простудами, светофорами.
Как же так вышло, что всё получилось — так?
… показать весь текст …

Мы закончимся, как всегда не успев начать,
на любую возможность звучать
поставив печать,
мы закончимся где-нибудь в доме, который пуст,
вырываясь последним воплем из чьих-то уст.
Мы закончимся, и этот факт будет неоспорим.
Как когда-то сумели выстроить третий Рим,
так и сейчас, оставляя себя за бортом,
мы говорим о чём-то,
но не о том.
Об обретении смысла, о смысле зла,
о том, что лодка немыслима без весла,
о грубой иронии, что набирает цвет,
о ком-то, кого поблизости нет,
… показать весь текст …

у меня корабли один за другим на пристани,
бестолковые, но бесстрашные и большие.
это лето случилось с нами — такое чистое,
будто мы в прошлой жизни чем-то там согрешили,
и оно нам пришло как кара, как осознание,
как надкусанный плод, что таился в ветвях заранее.
и мы смотрим на небо распахнутыми глазами,
забывая про все недавние умирания.
это лето могло привидеться только в городе,
у которого сто имен, ну, а масок — более,
только с теми, кто опустошен и до боли голоден,
и истыкан словами, как острыми злыми кольями.
это лето бросает спасательный круг, торопится,
не ссылаясь на дело рук и на суеверия,
… показать весь текст …

Мне всегда говорили, мол, ты же «на ты» со словом:
Заплетаешь в любые узлы и вжигаешь в кожу,
Но к тебе у меня — так бездарно и безусловно,
Но к тебе у меня — очень вымотано и сложно.

Говорить через ком в самом горле — невыносимо,
При попытке создания звука — немеют губы,
В тот же миг исчезают куда-то любые силы,
Утекают сквозь землю и в водосточные трубы.

Ведь к тебе у меня — недовысказанность прямая,
Недоверенность, недоветренность, вьюги в жилах.
Свято верила в то, что слова соберу, поймаю,
Только этого, видимо, просто не заслужила.
… показать весь текст …

вот, посмотри на меня: я стою как есть
и не хочу ни каплей казаться лучше.
мне не к лицу ни скромность, ни гнев, ни спесь,
просто я счастлива, что я могу быть здесь,
здесь, а сюда привёл меня меткий случай.

вот, прочитай взахлёб меня до конца
или засни на начальной моей странице.
каждый свои моря выбирает сам,
каждый берёт персональные паруса,
после решает, как долго ему продлиться.

как ему ярко светить и каких лучей
нужно достать из-под кожи, чтоб стать рассветом,
… показать весь текст …

чувство локтя никто не посмеет перечеркнуть,
этот принцип с пелёнок известен тебе и мне.
ты и сам понимаешь, что пряник и есть тот кнут,
что нас гонит по этой разверзнувшейся земле.
у тебя сто причин не вдаваться в мои следы,
у меня сто известий по почте, и я пустой.
ты впускаешь в свой дом, я впускаю в пространства дым,
наши тени ложатся на будущее крестом.
я совсем не научен творить колдовство бесед,
у меня есть проблемы, долги и неровный сон,
но когда сделан шаг, и весь мир отвечает: «нет»,
долгий путь между строк нам покажется невесом.
ты живёшь по сценарию, я же — плохой актёр,
мне неведомы линии сотканных мизансцен.
… показать весь текст …

нас ломают мужчины, которых нет,
оставляя внутри неживой скелет,
сколько солнечных выжжено было лет?
их уже не жалко.
исчезают буквы и имена,
вертикали, улицы, времена,
я по-прежнему с кем-то там и одна
выпиваю залпом.
а рассвет подкрадывается опять
неожиданно раньше, чем в эти пять.
нарушаются правила, что сказать?
не дрожи губами.
и опять по кругу, в ночном бреду,
я до синей ветки едва бреду,
… показать весь текст …

объявили посадку, и я поняла, что ты
ни на йоту не верил в правдивость своих же слов.
ты черпал из меня откровенья и строил тыл,
как построил — собрал вещички и был таков.
я прошла через выход, увидела самолёт,
поняла, что важнее всего в этом мире дом.
что твоё остаётся, чужое, увы, уйдёт,
даже если с «чужим» ты полжизни уже знаком.
стюардессы сказали «счастливого вам пути»,
ну, а я поплелась на своё девятнадцать цэ.
если честно, ты был непонятный до дрожи тип,
у которого всё не написано на лице.
опустилась на кресло, взглянула в своё окно,
из тележек грузили пожитки (читай: багаж).
… показать весь текст …

эта осень сквозит из почти незаметных трещин
и условия выжить бесстрастно ужесточает.
нам пора просыпаться,
но сон был, наверно, вещим.
он, как чья-нибудь тень, расползается за плечами,
накрывает прозрачной плёнкой, плетёт интригу,
не заботясь о том, чтоб вообще обойтись без шума.
и закрыть бы пространство в себе, как плохую книгу,
попросив о прощении тех, кто её придумал.
и закрыть бы глаза на ошибки далёких близких,
полувымолвленные запасы кивков и пауз.
разыскать бы всех тех, занесённых в немые списки,
да, тех самых, кто рвёт по просторам свой тонкий парус.
обнаружить по старой привычке полмира в каждом,
… показать весь текст …