Яна Лисицина

Как только мы въехали в Вену, нас предупредили: «Видите, везде разноцветные флаги развешаны? В Вене — гей-парад.» Мы заинтересовались, потому что хотелось прикоснуться к европейским ценностям в реале. Стали гулять — нигде ничего, только карусель на площади крутится, и старинные экипажи туристов катают, а это не гей-парад, однозначно, я читала. Наконец, показалась какая-то колонна. Со вздохом полезла в косметичку и стала искать тельняшку — ну что поделать, довлеют отечественные традиции дресс-код…
… показать весь текст …

Вот, — скажете вы, — Ты капризничаешь.
А я не капризничаю, нет. Я эту кофточку с ангелом давно присмотрела, сегодня решила купить. Захожу, смотрю на нее, а продавщица за прилавком какую-то позу есть, и запах такой мясо-чесночный в душном бутике, просто всю ткань нежную пропитал этот запах. Присмотрелась к кофточке — и строчка неровная, и ангел какой-то кривой, и не ангел вовсе, и воняет, Карл, воняет!!!

Был период — держали домашний скот в виде хомяка. Я когда его увидела, то сразу полюбил навеки, потому что это была моя реинкарнация в более миниатюрном варианте. Всю жизнь я хотела быть крохотной, полосатой и очень стремилась к свободе. А он как раз был совсем миниатюрен и воплощал это стремление в жизнь. Потому что если весь день лизать прозрачный пластик клетки, то наверняка можно пролизать дырку и смыться, это любой хомяк знает. Правда, еще не продырявил никто, потому что трудится нужно лет…
… показать весь текст …

В Пражской национальной галерее народу было немного — я и пожилой чех на протезе. Чех гордо стучал протезом, я скрипела паркетом, выражали экстаз от искусства доступными средствами. На улице бушевала толпа — ела мороженое, фотографировалась с рыцарями, слушала уличных музыкантов. А мы с дедом на протезе важно шаркали по бесконечным амфиладам Штернберкского двореца и разглядывали Рубенса, Хальса, Тинторетто, Эль Греко. Потом я оторвалась от ветерана (потому что я моложе, черт побери, и не на прот…
… показать весь текст …

Дорогой Бред Пит. Тут у нас один мужик из России Анжелине пишет, замуж зовет. Я понимаю, что тебе неприятно и все равно одновременно. Ты еще не стар, хоть и в роли Ахиллеса не совсем убедителен, но это мое мнение. Надо как-то судьбу свою устраивать, опять же стакан воды на склоне лет, на детей надежды никакой. У меня подружка есть, она даже еще на пенсию не вышла, почти молода, прямо как ты. Ну так вот, она так замуж хочет, что у нее голенища сапог трещат. Подумай, и если что — пиши в личку, она ничо так, все говорят.
Пока, пока. Я.

Когда я была маленькая, то по лету гостила у бабушки и дедушки в Уссурийске. Как-то прибрали мы с бабой Паной комнаты, пыль вытерли с резных красивых роз, которые висели на стенах в виде сложносочиненных картин из дерева. Это были произведения японских военнопленных, которых охранял мой дед Захарыч. Японцы жили неплохо в плену, вырезали различные чудеса по дереву и даже шили крохотные бурки для моей маленькой тогда мамы. Потом их отправили на родину, причем, по рассказам деда, ехали они с неохот…
… показать весь текст …

А в очереди между мной и кассой ладошка девичья просунулась, вся исписанная фиолетовой пастой, а что там — сразу не прочесть. И почудилось мне, что там имена ее возлюбленных, чьи руки горячи, а уста напряжены: Иван, Ашот, Серега из 2-го подъезда. Или написала просто: «Джон Сноу живее всех живых». И пару сердечек для графической поддержки композиции прямо по линии жизни. А она так, скороговоркой: «Оля, Оля, скажи код брокколи, код брокколи скажи, я пробить не могу, Оля, у меня касса встала!» И Оля, оторвавшись от своей кассы: «Замучила ты с брокколи, Ксан, сто раз уже говорила, не дергайся, щас напишу!» И ручкой чирик-чирик — циферки на ладошку Ксане пишет, я глянула — а там все в номерках, видать и код яблок краснодарских есть, и редиски израилевской, уж какой там Серега и Джон Сноу с Ашотом, места нет.
Алая роза упала на грудь, милая Ксана, код не забудь…

ПРИСМОТРЕЛА ПОЛКУ. Парень-продавец солидно сообщил размеры. Василий задумался. Потом спросил: «Какой вес выдерживает?» Парень-продавец задумался, посмотрел на сайте. Сообщил Василию. Василий задумался. Тут выпорхнула девушка-продавец, и мне стало значительно легче в этом сумрачном лесу. Девушка сказала: «Эту полку можно прибивать не только вертикально, но и горизонтально». А полка непростая — без бортиков. «Как это?» — спросил Василий. «Вот так!» — сказала девушка, сделала зигзаг рукой, и я сразу поняла — как. Сразу. «Ты что-нибудь понял?» — спросил Василий у парня-продавца. «Нет!» — ответил он, оцепенев от непостижимого. «И не поймешь, потому что тут логика», — сказала я и сделала зигзаг руками. «Ну да», — подтвердила девушка, и мы поняли друг друга, потому что бабы в конструктиве просто звери, а красивые — так вообще.

Обнаружила на балконе настоящее осиное гнездо правильной формы шара. Представилось, что осы сначала захватывают балкон, квартиру, квартиру соседей, убивают всех, захватывают Иркутск, убивают горностаевую моль, потом убивают всех кто до-в-после-Урала. Мир мертв, по обломкам бродят люди, уцелевшие в водолазных костюмах (ну, тяжелые такие, батискафы из чугуна и меди). Один говорит: «Надо найти эпицентр, откуда все началось, альфа-гнездо». Путем логической цепочки доходят до моей квартиры. Заходят,…
… показать весь текст …

К нам тут один известный поэт приехал, пожилой очень, но экспрессивный, одевается необычно. Многие стихи его мне нравятся, но когда смотрю на его фотографии, то какое-то чувство неловкости, что ли. Давно казалось, что необязательно рассматривать как выглядит творец, особенно в крайнем возрасте, если это не постановочный качественный кадр, в котором нет, к примеру, экзальтированной мимики или случайных неловких старческих движений… Это как в литературе: автор и литературный герой — разные личности, смешивать не стоит.