Григорий Хубулава

Иосиф встанет спозаранок,
Пригладит завитки седин,
И ходит по бревну рубанок,
А плотника приёмный сын
Смеётся, воду пьёт из кружки
И о деревьях говорит,
Ладонью мальчик ловит стружки
И ясный взгляд его горит.
Не рассуждает и не судит,
Со старика не сводит глаз,
И очень скоро также будет
Чинить своей любовью нас.

Когда сердечный стук и бой часов
Сливаются, дышу ровней и тише,
И проникает сквозь дверной засов
Холодный свет, как будто дня излишек
Слуга нерасторопный расплескал,
Тот свет ещё дрожит, боясь погаснуть,
Я чувствую бессмысленный накал
Прозрачных вен, но плоти безучастной
К чужому свету, видно, невдомек,
Что я уже вдыхаю сумрак синий,
Что смерть — всего лишь бледный мотылек,
Летящий меж высоковольтных линий.
Что наши рукописные слова —
Всего лишь сотни крошечных отметин
… показать весь текст …

Закат зажёг большие свечи сосен,
День остывает, тишина светла,
Усталый лес о чём-то тихо просит,
И на стволах его дрожит смола.

Скажи, ты слышишь шепчущие листья?
Надежда причитанием жива.
Без страха, умиленья и корысти
Лесной молитвы тянутся слова

На высоту, которая не снилась
С тобою нам в безумных вещих снах,
Туда, где не угаснет Божья милость
Над новой твердью в новых небесах.

Испытай меня снегом, полётом меня испытай,
Преврати меня в лёгкий осколочек льда на ладони…
Всё что хочешь за это бери у меня, отнимай
За возможность метелью писать на пустом небосклоне.
Я не знаю откуда во мне эта дерзость взялась,
Осень просто прошла слишком быстро большими шагами,
Кто-то должен укрыть эту чёрную, твёрдую грязь,
Что крошится и стонет весь день у меня под ногами.

Научись танцевать у деревьев в подветренной мгле,
У последних лучей золотого закатного света,
Отрываясь от тени на крохотной круглой земле,
И танцуй, как счастливый Давид пред ковчегом завета.
И пускай каждый жест, каждый маленький, медленный взмах
Прославляет движением жизнь, что повсюду творится,
Научись танцевать, и держи в ненадёжных руках
Обнажённый огонь, пусть тебе позавидует птица.
Пусть окажется камень крепчайший никчёмным песком,
А скала и волна никогда не дождутся свиданья,
Что бы зде…
… показать весь текст …

Деревья тоже видят сны и в сумерках секреты прячут.
Ты видела, как две сосны друг другу в руки лунный мячик
Бросают в мягкой тишине, и он летит внезапно мимо,
Такая тишина во сне от подлинной неотличима…
Кто скажет, за пределом сна, сосною пахнет тишина,
Иль тишиной сосна?

* * *

Вглядевшись в зеркало, увидишь чужака,
Который молча спрашивает: — Кто ты?
И не сотрет рассержено рука
С его лица тревоги и заботы.

А вдруг и злость и радость лишь зола,
А пустота над нами посмеется,
Мы призраки и пленники стекла,
И ничего потом не остается?

А вдруг напрасна лень и тщетен труд,
Все — просто хлам среди другого хлама,
… показать весь текст …

Станет речь слогами, будет сказкой быль,
Нерушимый камень превратится в пыль,
Потеряет тело странник без гроша,
Уцелеет мелочь — вечная душа.

Онемеют птицы, упадут дома,
Морем возродится вековая тьма.
В пустоте уснувшей жизнь начнёт расти
Над землёй, свернувшей с Млечного пути.

Когда тебя готовятся предать
И оправданий ищут торопливо,
То остаётся терпеливо ждать,
Как на мели сидящий ждёт прилива.

Как обречённый верной смерти ждёт,
Грозящей каждый миг и отовсюду…
Рай — Гефсиманский сад наоборот:
Живой Христос, целующий Иуду.

У меня украли душу, раз — и вырвали из тела,
Без обманчивых посулов и пустого обольщенья.
Словно отпустили птицу, будто клетка опустела,
Где теперь искать беглянку? У кого просить прощенья?
Магазинов и высоток доминошные костяшки,
Проводов густые пряди, лужи и автомобили.
Где несчастная летаешь? Чьей невидимой отмашки
Ждешь? — а, может быть, не знаешь,
Нас с тобой уже убили.