Олег Дивов

Вообще я думаю, что секта в скором времени рухнула бы сама собой, — просто потому, что пришлось набрать в состав довольно много людей, которым некоторые вещи делать противно. Этика, знаете ли, не пустой звук.

Провидчество — это такое ремесло, в котором не ошибаются только мошенники.

Доктор Моррис не смотрит федеральные каналы, не читает новостные ленты и не выходит на улицу. Все новости он узнает от экономки и от людей, которые приходят сюда. Поэтому он так любопытен.

Собственно, как отличить с одного взгляда богатый квартал от бедного: в бедном вся техника новенькая и блестящая. Богатые предпочитают эксклюзивные, мощные, долговечные машины и ездят на них по десять лет минимум. Бедные берут пластиковые игрушки, для которых даже ремонтных программ не предусмотрено. Поэтому в бедных кварталах подержанная машина часто указывает на определенную состоятельность и самостоятельность владельца: у него есть деньги на содержание транспорта, который надо обслуживать, и есть моральная сила, чтобы выломиться из общего ряда.

-Погоди. — Мастер зажмурился. — На полтона ниже, пожалуйста. И спокойненько мне ответь — что с людьми?
— А сам ты не знаешь? Охренели люди. Просто охренели, вот и все.
— Интересные термины использует психиатрия.
— Я не психиатр, — надулся Зигмунд. — Я психолог.

Спецсобака Василиса сидела перед дворецким, трагически потупившись. Черная с рыжим морда изображала глубокое искреннее раскаяние. Не исключено, что Василисе действительно самую малость стыдно; кто их разберет, этих сибирских овчарок, они ведь не глупее некоторых людей.
Чугунная ножка садовой скамейки была обгрызена в мелкую стружку, будто по ней прошлись лазерным резаком.
— Ты — собака! — надрывался Тед. — На меня смотри! Ты — собака! Запоминай! Ты — собака! А ну повтори! Скажи: я — обычная собака! Я не жру ломы и лопаты, сволочь я такая! Я не ем скамейки! Зараза!

Ты представь- какой-то тундрюк бухой прямо у мя под окнами на снегоходе в «Макдоналдс» въехал. Через витрину. Ну че, вот че тундрюку надо в этой хреновой бигмачной?!

При таком количестве свидетелей можно если только застрелиться. Демонстративно, чтоб весь мир видел, как ты лопнул от злости.

Всплыло на поверхность «острое и агрессивное желание раз и навсегда разобраться, в чем же мы, господа, участвуем».

Он был таким светлым, таким… Вы скажете — все эльфы такие. Нет. Он особенный. Он такой особенный, что к нам люди ходили — поболтать с ним, пока их стригут. Отец научил Чонга стричь детей. Дети его обожали. Вечерами Чонг никуда не ходил, сидел в комнатке и зубрил законы. Отец говорил: Чонг, зачем ты сидишь дома, пойдем с нами, в Квартале праздник. Чонг откладывал занятия и шел с нами на праздник. Он все старался делать как мы. Он не знал китайского, когда приехал, но выучил его за месяц. Через год он не только говорил, но и читал, и писал. Он выучился даже каллиграфии. А теперь я вам скажу, каков Чонг. Он не просто подражал. Он любил все, чем занимался. Он любил убираться в парикмахерской, развлекать людей и стричь детей. Он любил говорить по-китайски. Он любил нашу литературу. Он так радовался на наших праздниках — как ребенок. Он был чистым, чистейшим.