Эдик Дмитриев

рисую. что-то с руками. и кажется парализован той мышцей лица, что чувствует ветер. — а может ты самая очаровательная на свете — нет. —  раз.цвет.рассвет. я должен быть не в этом месте. если те кто скажет какого цвет свет? — мой точно отдаёт морем. тебе совершенно не будет полезен. мир тесен, но ты далеко. отстранись ещё на какой-нибудь миг. вода пресная. волосы липнут к лицу. привык? — когда мы вместе меня не заменят те, кто до, а после будет поздно для всех тех, кто был когда-то уместен. и не переношу на дух. кто будет в декабре моей невестой? а ты, ты сможешь рассказать всё вслух? — шёпотом разве что. хватит уже.закрывай окна. в голове и душе.

Я ненавидел ее, как только мог. я любил ее, как никого. я был
безразличен к ней, как будто никогда не знал ее. Я думал о ней, пытаясь забыть. И я забывал, но все равно помнил. Я звонил и не хотел разговаривать. Я молчал, хотя мне было много, что сказать. Не подходил к телефону, но ждал звонка. Я кричал, когда пытался быть спокойным. Я отталкивал, когда хотел обнять. Я смотрел ее фотографии, но не хотел ее видеть. Я лгал ей, когда она знала правду. Я общался с другими, хотя она лучшая. Я обижал ее, но обижался сам. Я хотел, чтобы она всегда была рядом и сам прогонял ее. Я причинял ей боль и охранял ее от других. Я ревновал ни к кому, ни к чему, а ко всему. И когда она ушла, она стала мне еще ближе, потому что она в моем сердце, в моем уме, в моей душе