Елена Ермолова

Краткость, когда в минимуме слов максимум смысла, — это про талант;
а краткость, типа «ни бе, ни ме» — увы, про бездарность.

Все народы правы, когда шьют большое теплое одеяло истории,
и не правы, когда перетягивают это одеяло на себя

Поспешишь — людей насмешишь. Потому там, где суетно и хлопотно, всегда веселее.

Любимых перестали называть своими вторыми половинами, потому что половин не может быть от двух до нескольких десятков.

Афоризмы, как формулы для вычисления, можно подставлять один в другой, преобразовывать, сокращать, чтобы в итоге из параметров реальных ситуаций получать верные настройки для своих действий.

Любая собака может чесать за ухом задней ногой. О задних ногах человека известно только одно: без них можно спать.

Жизнь заставляет реагировать, Интернет — думать. Если у Вас всё наоборот, то Интернет Вам противопоказан.

Душа хочет всегда разного одновременно, и чем больше удовлетворена одна часть, тем больше требует противоположная.

Как больно жить, когда срывается уже почти добытый успех! Потом, когда реальность урежет амбиции, эта боль и не вспомнится.

Умного занудой делает только интонация.

Дом — крепость, и нет прощения тому, кого лестью, посулами или обманом убедили открыть ворота постороннему.

Не считайте людей дураками: могут поверить и потом соответствовать.

Отношения односторонне исчерпанные: один может много дать и взять, и только с этим человеком; другой не хочет ни брать, ни давать,… и особенно с этим.
.

Дурак не берется за то, что не получится, потому он в своем роде совершенство.

Афористов стало так много, что, многократно переиначив все крылатые выражения, народ бросился перечитывать классику.

Заранее составленное мнение ловко лепит образы из мешанины фактов. И попробуй докажи, когда нет разнообразия мнений, что из тех же фактов прекрасно лепятся и другие образы.

Удивительное — рядом: харизматичнейшая личность — это блядун обыкновенный.

Уступки — это труд сдвигания себя с занятой позиции для того, чтобы дать дорогу другому. Другое дело, что когда оба замирают, освободив дорогу, то так и стоят на месте, пока к лучшему будущему мимо них проскакивают посторонние.

Верит тот, кто хочет. Хочет тот, кто любит. Кто не любит, тот не верит независимо от меры истинности.

Любви растущей — на всю жизнь хватает,
любви сорванной — только до увядания.